.Научные публикации

Dean Fantazzini, Erik Nigmatullin Vera Sukhanovskaya, Sergey Ivliev

« Everything you always wanted to know about bitcoin modelling but were afraid to ask. I» (публикация в журнале «Прикладная эконометрика» ( том: 44, 2016, С. 5-24)

Vladimir L. Kvint

Teorija in praksa strategije (“Теория и практика стратегии” на словенском языке, перевод:  Dragana Kljajic`) . –Koper,  Založba Univerze na Primorskem, 2017,  64 C)

 

В.М. Полтерович

« Positive collaboration: Factors  and mechanisms of evolution» (публикациявжурнале:Russian Journal of Economics , Volume 3, Issue 1, March 2017, Pages 24–41)

Е.А. Ивин, А.Н. Курбацкий ,Д.В. Артамонов

Учебно- методическое пособие по математической статистике: для социально- экономических специальностей.- Вологда: ИСЭРТ РАН, 2017.-142с.

  Фоменко И.К, Щербакова Е.И.

«Mont-JoieSaint-Denis[i]!»- доклад на XXII международной Царскосельской конференции (Текст опубликован в сборнике материалов конференции «Россия – Франция. Alliance культур». Т. 2. СПб. 2016.)

 

В.М. Полтерович

«Позитивное сотрудничество: факторы и механизмы эволюции» ( публикация в журнале ««Вопросы экономики» ( 2016,  N 11)

Дедков Н.И., Бордюгов Г.А., Е.И. Щербакова и др.

 История для экономистов.Интегрированный учебный комплекс для студентов экономических специальностей вузов Российской Федерации /Под общей редакцией А.Д. Некипелова и С.Н. Катырина. Том первый. М.: АИРО ХХI, 2016,- 928с.- ISNB 978-5-91022-338-1.

Г. Колодко

« Как развалить страну. Экономические и политические аспекты греческого кризиса» ( публикация в журнале «Вопросы экономики » ( 2016. № 10. С. 144-157) 

Беляков А. О., Давыдов А. А.

Оптимизация эффективности циклического использования возобновляемого ресурса // Труды Института математики и механики УрО РАН. — 2016. — Т. 22, № 2. — С. 38–46.

Зайцев А.А.

Межстрановые различия в производительности труда: роль капитала, уровня технологий и природной ренты// Вопросы Экономики, 2016, №9, стр. 67-93. 

В.Л. Квинт

«  Стратегическое экономическое воздействие глобального негативного тренда терроризма и экстремизма». Публикация в журнале:«Управленческое Консультирование» ( N 6 (90) 2016,С.14-25)

Гаврилина Д. Н., Алимурадов М. К.

«Научные и философские основы предпринимательства как стратегической деятельности экономических субъектов» . Публикация в журнале: «Управленческое Консультирование» ( N 6 (90) 2016,С.100-107)

Деан Фантаццини

“The Oil Price Crash in 2014/15: Was There a (Negative) Financial Bubble?” ( опубликовано в журнале: «Energy Policy» : Volume 96, September  2016,  Pages 383–396

 

 

Е.И. Щербакова

«Как Ян Кухажевский стал историком, а Лев Тихомиров ”перестал быть революционером”» (  публикация в научном сборнике в честь 50-летия Юрия Аркадьевича Борисенка. «Историки-слависты МГУ. Книга 11. Многоликий и беспокойный славянский мир» (М. 2016.- С.311-316)

Е.И. Щербакова.

Политическая полиция при В.К. Плеве и В.Ф. Джунковском. Приоритеты и преобразования. В сборнике «Политическая история России: прошлое и современность. Исторические чтения. Выпуск XIII. «Гороховая, 2» — 2015. Санкт-Петербург, 2015.

В.М. Полтерович (ЦЭМИ РАН, МШЭ МГУ, Москва); В.В. Попов

(ЦЭМИ РАН, Москва)

«Валютный курс, инфляция и промышленная политика»   (Журнал НЭА, № 1 (29), 2016, С.  192–198)

М.Ю. Головнин (ИЭ РАН, МШЭ МГУ им. М.В. Ломоносова, Москва)

« Денежно-кредитная политика России в условиях кризиса» (Журнал НЭА, № 1 (29), 2016, С. 168–174 )

Fantazzini Dean, Toktamysova Zhamal

“German car sales using Google data and multivariate models» ( публикация в журнале  «International Journal of Production Economics»:, издательство Elsevier 2015 Forecasting  BV (Netherlands), том 170, с. 97-135 DOI

А.А. Зайцев

“Производительность труда в отраслях обрабатывающей промышленности России: динамика и межстрановые сопоставления” (« Экономическая наука современной России»( №4 (71),  2015)

И. К. Фоменко, Е. И. Щербакова

«Русская разведка на западных границах империи Цин (70-80-е годы XVIII века)»-сборник материалов: «Образ Поднебесной. Взгляд из Европы» (СПб., 2015).

Dean Fantazzini, Mario Maggi

Proposed coal power plants and coal-to-liquids plants in the US: Which ones survive and why? («Energy Strategy Reviews»  Volume 7, April 2015, P.9-17)

Dean Fantazzini and Michael Höök

Clean Coal Development .- Energy Strategy Reviews
Volume 7, Pages 1-72 (April 2015)

 

В.М. Полтерович

«От социального либерализма – к философии сотрудничества». (Общественные науки и современность, 2015, № 4.- C.41-64; Online at https://mpra.ub.uni-muenchen.de/63531/MPRA Paper No. 63531, posted 10. April 2015 06:47 UTC. JEL: B00, B4, B52,N00,P11)

В.М. Полтерович

 «О формировании системы национального планирования в России» опубликована в  Журнале НЭА, № 2 (26), 2015,с. 237–242.( Классификация JEL: O21, L52, O25, P11, P21).

 

Киреев А.П. , Леонидов А.В.

 «Network Effects of International Shocks and Spillovers»( сайт МВФ, июль 2015)

 

Щербакова Е.И.

 Как Лев Тихомиров «перестал быть революционером». // Политическая Россия: прошлое и современность. Исторические чтения. Вып. 12. «Гороховая, 2» — 2014. СПб. 2014. C. 37—42

 

  Щербакова Е.И.

 «Северный лис» во дворце турецкого султана. Топкапы на стратегической карте 1794 г. (в соавторстве с И.К. Фоменко) // Дворцы и война. К 100-летию начала Первой мировой войны. Сб. статей по материалам научно-практической конференции ГМЗ «Петергоф», 2014. Спб. 2015. С. 280—288.

 

Е.И.Щербакова, И.К.Фоменко

Появление Бреста в европейской картографии (60-е годы XVI в) (в соавторстве с И.К. Фоменко // Брэсцкая Біблія – унікальны помнік культуры XVI стагоддзя: да 450-годдзя выдання : матэрыялы і даклады Міжнар. Круглага стала (Брэст, 29–31 мая 2013 г.) / . – Брэст : 2014.  С.224–229.

 

Е.И. Щербакова

 «Политическая полиция Российской империи между реформами. От В.К. Плеве до В.Ф. Джунковского» . Сборник документов. Вступительная статья, составление и комментарии Е.И. Щербаковой (М. — СПб.: «АИРО — XXI» — «Алетейя», 2014.-351 с)

Д. Фантаццини

«Nowcasting and Forecasting the Monthly Food Stamps Data in the US using Online Search Data». ( в ноябре 2014 года статья опубликована  одним из авторитетных междисциплинарных научных журналов : « Plos One »)

С.А. Айвазян, Д. Фантаццини

« Эконометрика-2:продвинутый курс с приложениями в финансах: учебник» — М.-Магистр: Инфра-М, 2014.-944 с.

Оглавление 1                    Оглавление 2

Kirtchik O. I., Boldyrev I. A.

General Equilibrium Theory Behind the Iron Curtain: The Case of Victor Polterovich // History of Political Economy. Volume 46, Number 3, Fall 2014) : препринт о публикациях академика В.М. Полтеровича в 70-х годах.

В. М. Полтерович

« Европейская интеграция или изоляция: в каком направлении дальше развиваться России?» ( Интернет- издание «Капитал страны» 22 августа 2014 года )

Головнин М.Ю., Ушкалова Д.И.

 « Макроэкономические итоги 20 лет трансформации стран СНГ: роль инвестиций» ( Журнал Новой экономической ассоциации 2014. №1(21). С. 200-205)

 

В.В. Ивантер, А.Д. Некипелов

«В продолжение разработки альтернативной стратегии социально-экономического развития России учеными секции экономики Отделения общественных наук РАН (предложения В. Ивантера, А. Некипелова, О. Богомолова и С. Глазьева)». Опубликовано в « Российском экономическом журнале 2014, N 2.- С.3-21

 

А.П. Киреев

« Международная микроэкономика» и «Международная макроэкономика» / двухтомная монография (М: Международные отношения, 2014)

В.Л. Квинт, В.В. Окрепилов

« Качество жизни и ценности в национальных стратегиях развития» («Вестнике РАН» 2014, том 84, № 5, с. 412–425)

Е.И. Щербакова 

«Посеешь ветер…» Власть и разночинная интеллигенция пореформенной эпохи (Политическая Россия: прошлое и современность. Исторические чтения. Вып. 11. «Гороховая, 2» — 2013. СПб. 2013. C. 48—54.)

Е.И. Щербакова

 «О способах вмешательства в течение событий» (публикация в историческом журнале: « Родина» № 4,  2014)

Д. Фантаццини , Н. Фомичев

«Forecasting the real price of oil using online search data» (опубликовано в спец. Выпуске: «Computational Methods for Russian Economic and Financial Modelling» научного  журнала : « International Journal of Computational Economics and Econometrics » (N 1/ 2, 2014)

 

 

Е.А. Ивин, А.Н. Курбацкий, А. В. Словесный

« Тime aspects of a fund manager appraisal » ( опубликовано в спец. Выпуске : «Computational Methods for Russian Economic and Financial Modelling»  научного  журнала : « International Journal of Computational Economics and Econometrics » (N 1/ 2, 2014)

 

 

Е.И. Щербакова

«6 фактов о политической полиции времен Николая I, тотальном контроле над гражданами империи и терроризме»- опубликовано на интернет портале: «Пост наука» 31.03 2014

 

Деан Фантаццини, Эдуардо Росси (Италия, Университет Павии)

Один из авторитетных рецензируемых научных журналов : «Journal of Financial Econometrics» принял  к публикации статью Доцента кафедры Эконометрики и математических методов экономики МШЭ МГУ Д. Фантаццини  (PhD) , написанную в соавторстве с его коллегой из Университета Павии (Италия) : «LongMemoryandPeriodicityinIntradayVolatility“.

 

Е.И. Щербакова, И.К. Фоменко.

« Радзивилловские Несвиж и Слуцк на русских картах 60-х гг. XVIII в.»

 

А.Н. Курбацкий ( в соавторстве с В. Закалюкиным- журнал: « Journal of Mathematical Sciences» (Декабрь 2013 , volume 195, issue 3, стр. 412-426).

«Convex hulls of indicatrices and singularities of the transitivity zonein R3»

 

М.Ю. Головнин:

 «Создание финансового мегарегулятора и современные подходы к проведению денежно- кредитной политики» ( Журнал НЭА, № 3 (19), 2013, с. 149–155)

 

ДеанФантаццини, Simon Larsson(Швеция), Simon Davidsson(Швеция), Sven Kullander (Швеция) и  Mikael Höök (Швеция).

Один из авторитетных рецензируемых научных журналов : Renewable & SustainableEnergyпринял к публикации статью Доцента кафедры Эконометрики и математических методов экономики МШЭ МГУ Д. Фантаццини  (PhD) , написанную в соавторстве с его коллегами: SimonLarsson(Швеция), SimonDavidsson(Швеция), SvenKullander (Швеция) и  MikaelHöök (Швеция).

Reviewing Electricity Production Cost Assessments

 

Е.И. Щербакова, И.К. Фоменко
«Крымская война и царская охота»

Кувалдин В.Б.
«Мир однополярный, полуторный, многополярный»

Опубликовано в издании: Глобальное управление в XXI в.: инновационные подходы. Доклады Института Европы. № 291. М. 2013. С. 62—65.

 А.Д. Некипелов
«Особенности поведения фирмы, максимизирующей норму прибыли»
опубликовано в журнале «Проблемы прогнозирования» ИНП РАН.- 2013, N 3(138).-С.16-34

В.Л. Квинт

« Идея ноосферы Вернадского и закономерности, предопределяющие формирование глобального ноосферного миропорядка XXI в.» опубликовано в журнале «Управленческое консультирование» ( СЗИУ РАНХ и ГС при Президенте РФ.-2013, N5, C.13- 19)

Дедков Н.И.
«Проблема учебника истории»   Опубликовано в книге: Между канунами. Исторические исследования в России за последние 25 лет.
М., АИРО—XXI, 2013.(С.464-486)

Дедков Н.И.
«Как я документально установил» или «смею утверждать». О книге Д.А. Волкогонова «Ленин» Опубликовано в книге: Между канунами. Исторические исследования в России за последние 25 лет.
М., АИРО—XXI, 2013. (С. 120-142)

Щербакова Е.И.
«Визуальная история» Опубликовано в книге: Между канунами. Исторические исследования в России за последние 25 лет. М., АИРО—XXI, 2013(С.1380-1396)

Е.И. Щербакова, М.В. Сидорова

«Российские финансы под опекой III отделения. Министры и фальшивомонетчики»

 

Деан Фантаццини, M. Hook (Швеция), A. Angelantoni (США), S. Snowden (Великобритания).

Старейший научный журнал, издаваемый Королевским научным обществом Лондона : «Philosophical Transactions of the Royal Society»   принял к публикации статью Доцента кафедры Эконометрики и математических методов экономики МШЭ МГУ Д. Фантаццини (PhD) , написанную в соавторстве с его коллегами: M. Höök ( Швеция), A. Angelantoni (США) и S. Snowden (Великобритания): “Hydrocarbon Liquefaction: Viability as a Peak Oil Mitigation Strategy”.

http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2264419

http://ideas.repec.org/p/pra/mprapa/46957.html

 

М. Головнин, А.Либман, Д.Ушкалова, А.Якушева

 « Is the USSR dead? Experience from the financial crisis of  2008- 2009»

В.Л. Квинт

«Вернадский и формирование глобального ноосферного миропорядка ХХI века »

Е.И. Щербакова

«Нянюшкины сказки»

Н.И. Дедков

«Энциклопедий множество зеркал. Образ Императора Николая I в справочной литературе»

Е.И. Щербакова

«Союз народной мести»

В.Л. Макаров
Квинт В. Стратегическое управление и экономика на глобальном формирующемся рынке.

М.К. Алимурадов
«Влияние доходности гособлигаций на международный переток инвестиций»

И.К. Фоменко, Е.И. Щербакова
«Панство Ассирийское” или Древний мир на картах учеников Мицкевича»

С.А. Айвазян
« Анализ качества жизни населения (эконометрический подход)»

А.Н. Курбацкий
Статья старшего преподавателя кафедры Эконометрики и математических методов экономики МШЭ МГУ А.Н. Курбацкого: «Convex hulls of a curve in control theory» размещена на сайте Tuprion: Print & Electronic Journals Volume (2012) N 3, PP.406-423

М.В. Сидорова, Е.И. Щербакова
«Легенда о белом платке. «Инструкция» шефу жандармов»

Н.И.Дедков
«Между Европой и Азией»

В.Л.Квинт
«Культурные и религиозные факторы разработки и реализации стратегии»

Н.И.Дедков
«Историческое сообщество и творцы сенсаций: вызов новейшего времени»

М.К.Алимурадов
«Экономическая стратегия как фактор привлечения прямых иностранных инвестиций»

Е.И.Щербакова
Визуальная история: освоение нового пространства

И.К.Фоменко, Е.И.Щербакова
«Северный орел» в южных морях. Италия с капитанского мостика (сборник научных статей (ХVII Царскосельской конференции «Россия-Италия: общие ценности»)

Деан Фантаццини в соавторстве с M. Hook (Швеция) и A. Angelantoni (США)
Статья доцента кафедры Эконометрики и математических методов экономики МШЭ МГУ Д. Фантаццини: “Global Oil Risks in the Early 21st Century”, написанная в соавторстве с M. Hook (Швеция) и A. Angelantoni (США), принята к публикации одним из самых авторитетных изданий в сфере экономики энергетики «Energy Policy» (в течение пяти лет импакт- фактор журнала: 3.020) в октябре 2011 года.
Global Oil Risks in the Early 21st Century («Energy Policy» . № 9. 2011)
слайды

Е.И. Щербакова
Два Михайлы и «махина для снимания першпектив» («РОДИНА». № 9. 2011)

М.Ю. Головнин
Экономическая трансформация в России 1985-2008 годов (Логос, 2010, сc.25-64)

М.Ю. Головнин
Реакция денежно-кредитной политики России на мировой экономический кризис (ИМЭМО РАН, 2010, сc. 5-13)

М.Ю. Головнин
Effect of External Shocks on CIS Economies during Crisis of 2007–2009: Global and Regional Aspects (Eurasian Development Bank, 2010, PP 154- 175)

М.Ю. Головнин
Outlook for the Joint Development of Stock Market Infrastructure in EurAsEC Countries (Eurasian Development Bank, 2009, PP 142-151)

М.Ю. Головнин
Теоретические основы денежно-кредитной политики в условиях глобализации (Институт экономики РАН, 2008, 45 c.)

Г.Б. Клейнер
Аксиоматика академика Львова

Г.Б. Клейнер
Глобальное миссионерство или глобальное стяжательство: есть ли третий путь для России?

Г.Б. Клейнер
Модернизация и предприятие

Г.Б. Клейнер
Рыночные отношения в современной экономике и факторы их институционального регулирования

Г.Б. Клейнер
Системная организация российской микроэкономики

Г.Б. Клейнер
Системный менеджмент и системный ресурс корпорации

Д.С. Шмерлинг
Политическое планирование инноваций: попытка учета возможностей, рисков, издержек и выгод

В.М.Полтерович
«Уроки реформ 1990-х годов»

А.Д.Некипелов
«Ученые не землекопы!»

«Горбачев-Фонд», Фонд «Новая Евразия» и Московска школа экономики имени М.В.Ломоносова
Россия 2010: российские трансформации в контексте мирового развития (Введение и Глава 1)

А.Д. Некипелов
Стратегия и тактика денежно-кредитной политики в условиях мирового экономического кризиса

В. М. Полтерович
Советы рецензенту

В.Л. Квинт
Мосты и дороги в будущее.

Александр Некипелов
Открытое письмо члена наблюдательного совета «Новой газеты» академика Александра Некипелова главному редактору журнала «Forbes» М.В.Кашулинскому

Деан Фантаццини
Новые научные публикации

Александр Некипелов
Кризис и его уроки для России

Гжегож В. Колодко
Неолиберализм не принес пользы России

Александр Некипелов
Кризис и перспективы российской экономики

 

Александр Некипелов
Кризис в России: логика развития и варианты экономической политики

В.Л. Квинт
Russia moves to stem crisis; stock markets closed

Р.С. Гринберг
Невыученные уроки

В.В. Ивантер
Лакуны бизнеса и фобии власти

Cовет при Президенте Российской Федерации по науке, технологиям и образованию
Стенографический отчет о заседании

 

 

 

 



02.10.2009
Новые научные публикации доцента кафедры Эконометрики и математических методов в экономике МШЭ МГУ Деана Фантаццини

В сентябре вышла в свет серия публикаций доцента кафедры Эконометрики и математических методов в экономике МШЭ МГУ Деана Фантаццини в следующих книгах:

1. «EMERGING MARKETS: PERFORMANCE, ANALYSIS AND INNOVATION», в серии: Chapman & Hall / CRC Finance, издана Greg N. Gregoriou, Государственный Университет штата Нью-Йорк (SUNY) , Plattsburgh, US.-2009, pp. 533-554;

Читайте аннотацию на SSRN:
http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1466697

Ищите книгу на сайте Chapman & Hall / CRC Finance:
http://www.crcpress.com/product/isbn/9781439804483

Выдержки из книги смотрите на Google Books:
http://books.google.com/books?id=0GF7Mx3y5jEC&pg=PT573&dq=dean+fantazzini+emerging+markets&hl=it#v=onepage&q=dean%20fantazzini%20emerging%20markets&f=false

2. «The VAR Implementation Handbook: Financial Risk and Measurement, and Modeling», издана Greg N. Gregoriou /McGraw-Hill- 2009, pp. 253-282

Читайте аннотацию на SSRN:
http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1466692

Ищите книгу на сайте McGraw-Hill:
http://www.mcgraw-hill.co.uk/html/007161513X.html

Выдержки из книги смотрите на Google Books :
http://books.google.com/books?id=OxGR5Z6oZIwC&pg=PT285&dq=dean+fantazzini&hl=it#v=onepage&q=dean%20fantazzini&f=false

3. «Stock Market Volatility»в серии: Chapman & Hall, издана:Greg N. Gregoriou, Государственный Университет штата Нью-Йорк (SUNY) , Plattsburgh, US.-2009 ,p.527-548

Читайте аннотацию на SSRN:
http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1367512

Ищите книгу на сайте Chapman & Hall / CRC:
http://www.crcpress.com/product/isbn/9781420099546

Выдержки из книги смотрите на Google Books:
http://books.google.com/books?id=hIvLUJJ4tAgC&pg=PA535&dq=dean+fantazzini&hl=it#v=onepage&q=dean%20fantazzini&f=false

4. “OPERATIONAL RISK TOWARD BASEL III: BEST PRACTICES AND ISSUES IN MODELING, MANAGEMENT, AND REGULATION”, Wiley.-2009, pp197-216

Читайте аннотацию на SSRN:
http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1310642

Ищите книгу на сайте Wiley :
http://eu.wiley.com/WileyCDA/WileyTitle/productCd-047039014X,descCd-tableOfContents.html

Выдержки из книги смотрите на Google Books:
http://books.google.com/books?id=slgX7ocrG2UC&pg=PT225&dq=dean+fantazzini&hl=it#v=onepage&q=dean%20fantazzini&f=false


Газета “Известия”
(06.09.2009)

Бывший вице-премьер Польши профессор Гжегож В. Колодко: “Неолиберализм не принес пользы России”

В издательстве “Магистр” вышла новая книга Гжегожа В. Колодко “Мир в движении”. В ней бывший вице-премьер и министр финансов Польши рассуждает о проблемах мировой экономики и политики. Одна из глав посвящена идеологии неолиберализма, которая, по мнению автора, привела мир к нынешнему экономическому кризису. С Гжегожем В. Колодко беседует корреспондент “Известий”.

 


Вопрос: Вы предсказывали мировой экономический кризис задолго до его начала. Как вы считаете, предсказания оправдались? Насколько они отличаются от того, с чем мы столкнулись на практике

Ответ: В книге “Мир в движении” я рассматриваю длительный период развития мировой экономики с междисциплинарной точки зрения. Я попытался раскрыть механизм тех структурных изменений, которые произошли и происходят в мире. С самого начала было ясно — кризис неизбежен. Я предостерегал: мы столкнемся не просто с кризисом, а с более сложным, комплексным явлением. Так и случилось.
Налицо кризис всего “неолиберального капитализма”. Кризис этот перебросился из финансовой области в реальный сектор экономики и социальную сферу. И он обязательно затронет политическую систему, структуру ценностей, идеологию.

В: Можно ли говорить о том, что кризис пошел на спад

О: В развитых государствах — таких как США, ФРГ, Великобритания, Япония — рецессия заканчивается. Мы видим, что “правильная” денежная и налоговая политика противодействует ей. Однако я не уверен, что меры, предпринимаемые сейчас в борьбе с кризисом, позволят искоренить причины, вызвавшие его.

В: Как бы вы могли сформулировать суть неолиберализма

О: В своей книге я подробно рассмотрел сущность неолиберализма, его историю и причины возникновения. На мой взгляд, характерная черта современной глобальной экономики — это господство в большинстве стран неолиберальной идеологии и политики. Неолиберализм — это отклонение от рыночной экономики, опирающееся на такие ценности, как свобода, демократия, частная собственность, конкуренция и т.д. Но при этом не ставится цель обеспечить устойчивое развитие в интересах масс. Главная особенность неолиберализма: в большинстве случаев он использует демократию в качестве средства убеждения, манипуляции общественным мнением для навязывания того курса, который в конце концов и привел к кризису. А кроме того, наглядно доказал: интересы элит обслуживаются за счет масс.


В: Могут ли неолибералы использовать военные средства для отстаивания своих интересов

О: Я так не думаю. На мой взгляд, неолиберализм — всего лишь инструмент, используемый “умными” людьми для личного обогащения, оказания влияния на массы. По большей части — мирными средствами. То есть на сегодняшний день мой ответ отрицательный.
Неолибералам, как правило, нет смысла прибегать к “жесткой силе”. Те средства, которые имеются в распоряжении, и так достаточно эффективны. Неолиберализм получает все, на что нацелен: мнением манипулируют, задействованы так называемые независимые СМИ и т.д. Если присмотреться, как такая экономика функционирует, мы увидим: довольно часто при демократии массы поддерживают неолиберальный курс, будучи наивно уверенными, что отстаиваются их интересы. Хотя на самом деле этого не происходит.
Одна из глав моей книги посвящена падению неолиберальной идеологии. Однако стоит заметить, что падение не означает отмирания этих идей. Это часть интеллектуальной, идеологической, политической борьбы между неолиберализмом и чем-то другим.

В: А что или кто может противостоять неолиберализму

О: Я предлагаю именовать это неопрагматизмом, ориентированным на устойчивый сбалансированный рост не только с финансовой, экономической точек зрения, но и с экологической, социальной. Он должен дать возможность развиваться рынкам Латинской Америки, Азии, Африки.

В: В чем вы видите основные вызовы XXI века

О: Если экономические, социальные и экологические вопросы оставить без внимания на мировом уровне, это может породить более серьезные проблемы — например, в сфере безопасности. Однако у нас есть еще возможность избежать этого. Я считаю, что в правильном направлении действуют администрация Барака Обамы, лидеры Евросоюза, Китая, России, а также некоторых развивающихся стран. А вот о Польше я этого сказать не могу. Она в большей степени подпала под влияние неолиберальных идей. Кроме того, политическая напряженность в будущем заметно возрастет. Причина — недостаток невозобновляемых ресурсов.

В: Как это коснется России

О: В этой ситуации Россия находится в более выгодном положении, у нее ресурсов много. Но все равно структурные реформы ей необходимы. России просто необходимо в сжатые сроки диверсифицировать, реструктурировать свою экономику, извлечь уроки из нынешней рецессии.
В: Что вы имели в виду, упоминая в книге об “особенном опыте России в том, что касается неолиберализма” О: Я имел в виду период после распада СССР. С одной стороны, мы наблюдали трансформацию в сторону рыночной экономики, демократии. Этот был длительный процесс, навязанный некоторыми западными консультантами. Они приехали в вашу страну не из простого любопытства, не ради каких-то благих целей. И в 1990-е годы Россия находилась под влиянием не столько западных советчиков, сколько западных интересов. Так что действия Владимира Путина можно считать реакцией на ошибки постперестроечного времени. Большинство проблем той поры стало следствием проведения “неолиберальной политики по-русски”.

С творчеством Гжегожа В. Колодко можно ознакомиться по адресу: www.wedrujacyswiat.pl


В книге, которая уже стала бестселлером в Польше, ее автор пытается в доступной для простого читателя форме ответить на наиболее животрепещущие вопросы современности: почему мир таков, каков он есть; почему одни люди и народы бедны, а другие богаты; что нужно, чтобы общество развивалось. Каким увидят мир внуки наших внуков? Ниже приводятся цитаты из книги.

“На этом примере хорошо видно, как легко общественное мнение “свободного мира” позволяет манипулировать собой своим политикам и СМИ, которые рисуют других — в данном случае Иран — исключительно в черном цвете, а не в таком, какого они честно заслуживают. К сожалению, от этого не свободны даже самые солидные издания, чрезвычайно влиятельные в кругах, формирующих общественное мнение”.
“Всегда, когда что-то — изобретение (динамит), продукт (самолет), идея (свобода) — несет с собой риск и угрозу для интересов других, необходимо регулирование. И тогда всегда возникает вопрос: что, если не государство, должно стать его субъектом?”


Общнациональнальная еженедельная газета “РОССИЯ”
Номер 32 (20.08.2009)
Рецепты от Кейнса

На вопросы Галины Положевец (“Россия”) отвечает вице-президент РАН, академик, директор Московской школы экономики МГУ имени М. В. Ломоносова Александр Некипелов
– Александр Дмитриевич, создается впечатление, что кризисом охвачен уже весь мир. Это действительно так?
– Да, это первый глобальный кризис в мировой экономике. Я не склонен его относить к циклическим, хотя есть и такая точка зрения. Он начинался как финансовый, одновременно происходили кризисные изменения вне экономики – в экологических системах, климатические, истощение природных ресурсов, прежде всего энергетических. Понятно, что это породило много дискуссий, как с ними справляться, как выходить из глобального кризиса. Дело в том, что в разных странах многие проблемы оказались похожими, но их источники, силы воздействия неодинаковы.
Если говорить о США, Западной Европе, то там главная проблема – кризис финансовой сферы. Банки много лет инвестировали огромные средства в производные финансовые инструменты от американской ипотеки. При этом обнаружилась некая проблема, о которой еще писал выдающийся экономист-теоретик Джон Кейнс. Он был, кстати, удачливым игроком на фондовом рынке, но одновременно крайне скептически относился к нему как к институту. Так вот, говоря о фондовом рынке, Кейнс сравнивал два вида конкурсов красоты. Первый – классический, где каждый из членов жюри высказывает свое мнение. А можно придумать конкурс, на котором выигрывает не самая красивая девушка, а человек, который угадает, какую девушку признают первой красавицей остальные члены жюри. Иными словами, на подобном конкурсе каждый голосует не исходя из своих представлений о красоте, а пытаясь угадать, как будут голосовать другие.
Точно так же на фондовом рынке. Инвесторы вкладывают деньги в ценные бумаги не потому, что считают ту или иную компанию лучшей, а из-за предположений, что так думают другие, и потому капитализация этой фирмы будет расти. Это очень серьезное искажение.
Сходная проблема возникла и с производными финансовыми инструментами. Ведь считалось, что никакого риска с ипотекой в США не существует. Почему? Потому что кредит не просто дают, а под залог дома. Недвижимость долго поднималась в цене. И казалось, так будет всегда. Вы дали кредит безработному, он не платит, вы забрали у него дом и продали подороже. Никакого риска! Но поскольку цены на жилищном рынке все время росли, многие стали думать, что дальше так продолжаться не может. В результате начался обвал цен, и тогда выяснилось, что банки в США и Западной Европе залоги получают, а что с ними делать – непонятно.
Так начал развиваться финансовый кризис: произошло резкое сокращение ликвидности в банковской сфере, потом наступил credit crunch –«кредитный зажим», банки стали предоставлять существенно меньше кредитов. В конечном счете кризис перекинулся на реальный сектор экономики.
В другой группе стран БРИК финансовая система не была вовлечена в больших размерах в операции с производными ценными бумагами. Но в Китае, Индии, Бразилии, России произошло резкое падение спроса на их экспортную продукцию. Конечно, были и финансовые линии воздействия. Иностранные инвесторы, крупные банки и финансовые компании оказались в сложной ситуации, у них были обязательства, выраженные в основном в долларах. Чтобы их закрыть, они стали лихорадочно выводить средства отовсюду. Это привело к обрушению многих фондовых рынков и у нас тоже.
В России к этим неприятностям добавилась проблема внешней задолженности частного сектора. Раньше было очень выгодно брать кредиты в валюте, потому что, во-первых, за рубежом был ниже процент, чем на внутреннем рынке. Во-вторых, в последние годы курс рубля повышался, соответственно для покрытия кредита нужно было меньше рублей. Получалась двойная выгода. Но с приходом кризиса началось падение курса рубля, так как увеличился отток средств из страны. Это привело к проблемам в банковском секторе.
– Есть ли все-таки страны, где антикризисные меры уже улучшили ситуацию?
– Классический пример – Китай. Хотя и он испытал сильный шок, потому что очень зависит от экспорта своей продукции. Его темпы роста сохраняются на уровне 6–8% ВВП, чему даже в лучшие годы немало стран завидовало, однако многие китайцы потеряли работы, вернулись в деревни. Но в Китае всегда действуют прагматично. Чтобы поддержать свое производство, там не боятся принимать совершенно неожиданные меры. Например, свою электронную технику, которая лишилась рынков сбыта, в Китае чуть ли не даром распределяли между гражданами страны.
В США, где антикризисная программа в значительной степени ориентирована на финансовый сектор, делаются серьезные вложения в науку, равно как и в европейских странах. Это, кстати, создает большую угрозу для России. Если мы будем действовать так, как действуем сейчас, если наша наука не войдет в число стратегических направлений развития, это может привести к новой волне оттока ученых за границу.
Везде в сущности отмечают возрождение кейнсианской идеи о необходимости стимулирования внутреннего спроса. Забылись разговоры о том, что нельзя иметь большой дефицит бюджета. Теперь размеры его дефицита по прежним представлениям совершенно фантастические, например, в США он достигает 10%.
– Это не пугает?
– Считается, что главная задача – восстановить финансовый сектор и спрос в экономике. Знаете, как в США проявляется кризис? Снижение цен на недвижимость привело к тому, что американцы стали беднее. Текущая зарплата и расходы прежние, но ваш дом стал вдвое дешевле, ваши акции упали в два раза. Это оказывает большое психологическое воздействие на поведение американцев, они стали меньше покупать. Но в США экономика традиционно была ориентирована на то, чтобы расходовать, расходовать и еще раз расходовать! Нет денег – пожалуйста, получи кредит, только трать. Ты тратишь – работает экономика. Поэтому там всегда была очень маленькая норма сбережений в домашних хозяйствах – меньше 1%. А теперь она выросла до 7% .Для американцев это катастрофа. Привычная модель развития экономики стала пробуксовывать. Новую тенденцию пока переломить не удается. Хотя уже есть ощутимое замедление темпов роста безработицы, сократилось падение производства. Правда, в США оно фактически и не падало. Это у нас фантастические темпы падения.
– Почему наши антикризисные меры оказались неэффективными?
– Надо отдать должное правительству – с начала кризиса оно стало энергично действовать, очень быстро признало, что бюджет будет дефицитным. Начало давать достаточно большие средства банковской системе, корпорациям, у которых большая внешняя задолженность. В чем-чем, а в безделье кабинет министров упрекнуть нельзя. Другое дело, что есть ряд вещей, подходы к которым я не разделяю. Во-первых, во всех странах процентную ставку снижали, а у нас ее с прошлого года повышали. Только недавно она начала понемногу снижаться.
– Но Центробанк объясняет это тем, что процентная ставка не может быть ниже инфляции, которая чересчур высока.
– Я считаю, это фальшивый аргумент, никакого отношения к реальной жизни не имеющий. Ее держали на высоком уровне, по моему убеждению, по другой причине. Когда резко обострилась проблема задолженности банковского сектора и корпораций, нужно было оказывать им поддержку.
Но что произошло? Банковский сектор получал деньги и тут же переводил их в валюту. С точки зрения банков это было абсолютно рациональное поведение – они переводили рубли в валюту, спустя время, когда были нужны рубли, продавали ее, зарабатывая на разнице курсов. В результате, несмотря на вливания средств, денежная масса постоянно сокращалась начиная с сентября 2008 года. Получался эффект, как у лошади Мюнхгаузена: с одной стороны вы деньги вбрасываете, но они тут же уходят с другой стороны.
Как можно было этот процесс приостановить? Двумя способами. Первый связан с возвращением к валютным ограничениям. А второй способ, который правительство избрало, заключался в повышении процентной ставки, тогда становится менее выгодным выход из рубля. Процентная ставка использовалась, как механизм, который если не блокирует, то по крайней мере замедляет процесс оттока капитала из страны. Но при этом стали недоступными кредиты для реального сектора экономики. Те же, кто их все-таки брал, очевидно, не собирались отдавать. Поэтому сейчас и заговорили о второй волне кризиса, росте невозвратов.
Повышение процентной ставки – не та мера, которая используется для роста совокупного спроса. В других странах поступили наоборот. Я считаю, что надо было с началом кризиса вернуться к валютным ограничениям. Но правительство решило иначе. Это очень дорого обошлось стране. Только за полгода – с августа 2008-го по февраль 2009-го пришлось израсходовать $200 млрд из золотовалютных резервов на такую эфемерную вещь, как регулирование курса. Это, с моей точки зрения, спорная линия в политике правительства.
И вторая спорная линия – то, что упор был сделан на точечную поддержку стратегических предприятий. Строить всю линию выхода из кризиса на этом – ошибка, точечная поддержка не решает проблему спроса. Очень часто стратегические предприятия находятся в серединке воспроизводственной цепи: мы им дали деньги, они закупили машины, оборудование, полуфабрикаты, сырье, произвели продукцию, а спроса на нее нет. И все захлебнулось.
Кейнсианский рецепт заключается в том, что вы воздействуете на конечный спрос. И тогда эффект распространяется по всей цепи. Но кто предъявляет спрос? Прежде всего население. Однако мы создали такую систему, при которой расходы нашего населения в значительной степени идут на импортную продукцию, на стимулирование производства за рубежом. Из-за этого эффективность этого канала конечного спроса на внутреннее производство резко снижена.
Есть еще один способ, который может показаться неожиданным. У нас конечный спрос предъявлялся импортерами нашей продукции – на нефть, металлы. Когда за рубежом спрос на них упал, по цепочке пошло сокращение спроса внутри страны. Мы не можем заставить покупать свою продукцию. Но возможно ли как-то это обстоятельство компенсировать? По моему глубокому убеждению, да. Конечно, давать деньги из резервов нефтяным компаниям было бы экзотикой. К этому никто не призывал. Однако можно было снизить налоговые изъятия из экспортных отраслей до такого уровня, который практически оставлял бы у них те же средства, что и прежде. Государство кое-что сделало в этом плане, но делало это недостаточно и очень медленно. В результате в ноябре-декабре 2008 года нефтяные компании впервые показали отрицательную рентабельность.
Если вы снижаете налоговые изъятия, возникает дыра в бюджете. А вот ее нужно было бы компенсировать за счет валютных резервов. В IV квартале прошлого года по сравнению с успешным III наш экспорт сократился на $40 млрд. Представьте, что на 40 млрд вы сокращаете налоговые изъятия экспортеров и компенсируете дыру в бюджете за счет такой же суммы из резервов. Если бы мы не тратили на регулирование курса $200 млрд, нам бы их хватило на пять кварталов – на IV 2008-го и на все четыре этого года. Вот способ создания спроса.
Явно недоиспользовались возможности стимулирования совокупного спроса за счет госрасходов, в том числе инвестиционного характера. Изумление вызывает тот факт, что в проектировках бюджета на 2010 год предусмотрено резкое свертывание федеральной инвестиционной программы.
И наконец, еще один аспект. Да, с одной стороны – принимались антикризисные меры, но с другой – многие из них не реализовывались либо исполнялись с большим опозданием, что отрицательно сказалось на экономической динамике.
– В последнее время появились прогнозы, доказывающие, что мир увидит свет в конце туннеля уже в этом году. Вы как считаете?
– Да, сейчас есть признаки, которые свидетельствуют: к концу 2009 года начнется процесс выхода из кризиса. Есть они и в Юго-Восточной Азии, и в США, и в Европе. И у нас говорят, что к концу года начнется оживление, а в 2010-м ВВП вырастет на 1%. Может быть. Но только надо помнить, что в этом году мы упадем на 10%. И рост на 1% – это падение ВВП на 9% по сравнению с 2008 годом. А в промышленности только в первом полугодии спад достиг 15%, причем особенно сильным он оказался, если не считать металлургию, в обрабатывающих отраслях. Все говорит о том, что в результате этого кризиса наша топливно-сырьевая специализация, к сожалению, только усилится.


Парламентская газета
# 032(2374) 19 Июня 2009
Пора думать о жизни после кризиса

Экономист Владимир Квинт – ведущий в мире специалист по странам с формирующимся рынком. Его книга «Глобальный формирующийся рынок: стратегическое управление и экономика» в феврале 2009 года стала темой симпозиума Экономического и социального совета ООН в Нью-Йорке, её выводы рекомендованы к реализации. Впервые за 36 лет монография русского экономиста стала предметом обсуждения на таком уровне. Ранее в ООН обсуждалась лишь книга лауреата Нобелевской премии Василия Леонтьева «Экономический прогноз-2000». Владимир Квинт – заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор экономических наук, профессор, иностранный член РАН.
Россия – страна с формирующимся рынком. Что общего в ситуации мирового кризиса у таких стран, какие государства выйдут из кризиса обновлёнными, а какие экономики будут подавлены его тяжестью? – об этом корреспондент «Парламентской газеты» беседует с профессором Квинтом.
– Владимир Львович, можно ли уже оценить, какие из стран с формирующимся рынком пострадали от кризиса больше всего и почему?
– Мировая система стран с формирующимися рынками – глобальный формирующийся рынок (ГФР) – включает сегодня, по моей оценке, 88 стран Азии, Латинской Америки, Европы и Африки. Вклад этих стран в мировой экономический продукт составляет около 50 процентов. То есть он более чем в два раза превышает вклад самой крупной экономики мира – США. Эти страны сегодня притягивают более 40 процентов прямых иностранных инвестиций. Они стали не только партнёрами развитых стран, но и их конкурентами. Именно их плотное взаимодействие с развитыми странами вызвало быстрое распространение глобального экономического кризиса, возникшего в развитых странах, на глобальный формирующийся рынок.
Глобальный кризис – как заразная болезнь. Он стал возможен только из-за формирования единого экономического пространства на планете. Только около 6 процентов стран не вовлечены в глобальную экономику. Те страны ГФР, которые поставляют развитым странам сырьевые ресурсы, пострадали гораздо в большей степени от глобального экономического кризиса, чем те страны, которые служат аутсорсингом технологического производства развитых стран. Поэтому Россия, страны Персидского залива, Венесуэла, Нигерия, поставляющие в основном углеводородное сырьё в развитые страны, пострадали в большей степени. Падение промышленного производства в развитых странах Западной Европы, в США и Японии привело к сокращению их потребностей в сырьевых ресурсах. Это, в свою очередь, вызвало сокращение объёмов производства сырья и последующее сокращение экспортной выручки в странах ГФР. А вот в Индии, например, которая является страной уже ставшего традиционным аутсорсинга для высокотехнологического производства США и Западной Европы, замедление темпов экономического роста оказалось гораздо менее значительным.
Интересны экономические связи стран с формирующимися рынками между собой. Например, Китай за последние 20 лет стал одним из главных направлений сырьевого экспорта России, ряда стран Африки и Персидского залива. Некоторое замедление экономического и особенно промышленного роста Китая (на 2–3 процента темповых показателей) так же негативно сказалось на странах – экспортёрах сырья в Китай. Вместе с тем Китай – вторая страна после Индии по объёму технологического аутсорсинга. Аутсорсинг сбалансировал негативное влияние кризиса на китайскую экономику. Таким образом, можно сказать, что экономика Китая и Индии, а также стран Центральной и Восточной Европы пострадали в меньшей степени от глобального кризиса.
– Страны с формирующимся рынком предпринимают меры по выходу из кризиса. Можно ли тут выделить некий тренд, главное направление борьбы?
– Большинство стран с формирующимися рынками пытаются использовать американскую методику борьбы с глобальным кризисом: они накачивают финансовую систему усиленной ликвидностью, создают программы помощи безработным и их переобучения, но мало задумываются о стратегии действий в послекризисный период. Наибольшей ошибкой этих стран является ориентация на воспроизводство структуры той экономики, которую они имели в докризисный период. Это – ошибочная стратегия.
Экономика развитых стран уже значительно трансформировалась в сторону современных технологий, стала на путь увеличения роли альтернативных источников энергии. Отсутствие инновационного вектора развития не позволит странам с преимущественно сырьевой экспортно-ориентированной экономикой быстро выйти из кризиса. В силу этого стратегии стран ГФР должны быть скорректированы на усиление инвестиций в индустрии, основанные на современных достижениях науки и технологий.
– Какая из стран, на ваш взгляд, предпринимает наиболее адекватные меры по борьбе с кризисом? И эта ли страна первой из него выйдет?
– США первыми вошли в мировой кризис. Их глубокая интеграция в мировую экономику и наиболее развитые мирохозяйственные связи привели к цепной реакции кризисов в других странах. На мой взгляд, США станут и первой страной, вышедшей из глобального кризиса: приблизительно на год раньше Западной Европы. И те страны, которые связаны более с экономикой США, чем с экономикой Западной Европы, также начнут выходить из кризиса несколько ранее.
– Есть ли среди стран с формирующимся рынком такие, которые используют кризис себе на пользу, которые выйдут из кризиса более сильными, чем были раньше? Можно ли сказать это о Китае, который планирует в 2009 году экономический рост в 8 процентов?
– Чем более разработана национальная стратегия в стране, тем более эффективны её государственные антикризисные программы. На мой взгляд, бесспорно, страной, имеющей серьёзную и долгосрочную – 100-летнюю стратегию, является Китай. Можно сказать, что Китай сумеет достаточно быстро преодолеть негативные воздействия кризиса, и более того, сумеет использовать кризисные явления в других странах на пользу своим национальным интересам.
В силу интеграции Китая и многих других стран ГФР в мировую экономику, их относительно высокие темпы роста оказывают позитивное влияние на показатели мировой экономики в целом. Именно благодаря странам ГФР, мировой валовой продукт будет иметь позитивные показатели в 2009 году, поскольку развитые страны закончат 2009 год в негативной зоне.
– Как вы оцениваете антикризисные меры, предпринимаемые нашим Правительством? Можем ли мы применить какие-то удачные находки других стран с формирующимся рынком в нашей борьбе с кризисом?
– Антикризисная программа России, принятая в апреле 2009-го, на мой взгляд, отличается в положительную сторону от так называемой Концепции экономического и социального развития до 2020 года. Антикризисная программа российского Правительства ориентирована не только на выход из кризиса, но и на действия в послекризисный период. Эта программа имеет ресурсный раздел, увязанный со шкалой времени. «Концепция-2020» – безресурсна и представляет собой, на мой взгляд, набор добрых пожеланий и заклинаний.
Вместе с тем громадные средства, которые Правительство выделило для антикризисных мероприятий, к сожалению, будут в значительной степени съедены коррупционной коррозией. Несмотря на все принимаемые антикоррупционные законы и подзаконные акты, коррупция продолжает действовать даже на самых контролируемых направлениях.
Например, недавно я ознакомился с подготовкой к Олимпиаде в Сочи. Осмотрел состояние объектов в Имеретинской низменности и Красной поляне. До открытия Олимпиады осталось 4 года и 10 месяцев, но в Имеретинской долине не начаты даже работы над фундаментами зданий олимпийских объектов. А если кто-то думает, что на архитектурные решения этих объектов тендеры выиграли компании, имеющие опыт в архитектурном проектировании объектов последних Олимпиад, то эти люди явно заблуждаются. Конкурс выиграли в основном не существовавшие ещё за полгода до тендеров компании местного кубанского «разлива», не разработавшие до этого ни одного олимпийского объекта. А ведь эти объекты должны стать символами могущества российской экономики и служить российскому спорту, туризму и курортному делу на столетия вперёд. Приблизительно такие же фирмы выиграли тендеры на создание объектов Азиатско-Тихоокеанского форума в 2012 году во Владивостоке. Легко представить себе, сколь сильна коррупция, если даже на объектах, наиболее контролируемых, такие фирмы выходят победителями.
Можно, конечно, использовать этот кризис в интересах России. Для этого нужно разработать стратегию инновационного прорыва. Резко в два–четыре раза увеличить инвестиции в образование и науку, тогда через шесть–семь лет появятся те кадры и те технологии, которые позволят качественно изменить российскую экономику. Но пока этого перераспределения средств в экономику знаний и технологий не происходит, а коррупция по-прежнему съедает значительную часть национальных ресурсов.
– Ваш прогноз по срокам окончания кризиса, в том числе для стран с формирующимся рынком?
– Глобальный экономический кризис, проявившийся в 2008 году в США, уже идёт в этой стране на спад. По моей оценке, в Европе экономический кризис начнёт снижаться в середине 2010 года, а в России с её главным источником твёрдо валютных поступлений – сырьевым экспортом, кризисные явления потеряют своё влияние только к концу 2010 года.
Беседовала Елена Чернова


“Журнал Новой экономической ассоциации”
2009 г., № 1-2
Кризис и перспективы российской экономики

С января по июль 2008 г. мировой финансовый кризис, бушевавший на Западе, казалось бы, не предвещал особых неприятностей для российской экономики. Валовой внутренний продукт увеличился на 7,5% по сравнению с соответствующим периодом 2007 г., инвестиции в основной капитал – на 15,4%, потребление населения – на 15,3%. Ободряющей была и статистика первого квартала, характеризовавшая потоки товаров, услуг и капитала в Россию и из нее: актив по текущим статьям платежного баланса составил 37,7 млрд долл., приток прямых иностранных инвестиций – 20,2 млрд долл. при оттоке в 16,2 млрд долл.
«Первый звонок» прозвенел в июле, когда начался уход капитала с российского фондового рынка. По мнению некоторых экспертов, такое развитие событий было связано с перегревом рынка. Мне кажется, причина вином: иностранным инвесторам, игравшим ключевую роль на российском рынке ценных бумаг, срочно потребовались средства для покрытия огромных убытков от вложений в производные инструменты, уходившие корнямив американскую ипотеку. Не случайно отток спекулятивного капитала произошел в этот период практически во всех странах, относящихся к категории «возникающих рыночных экономик».
Процессы, происходившие на фондовом рынке, поначалу не вызвали особой обеспокоенности у властей. Однако уже в авгу- сте стало ясно, что они далеко не безобидны. Отток капиталов вызвал падение фондовых индексов и сильное давление на курс рубля в сторону его понижения. В результате критическим стало состояние внешней задолженности частного сектора, составлявшей в конце первого квартала 2008 г. 436 млрд долл. (в том числе банковского сектора – 171 млрд долл.). Снижение курса рубля резко увеличивало стоимость обслуживания долга, а обесценение акций требовало мобилизации заемщиками значительных средств для пополнения залога по привлеченным ими кредитам.
Поддержка рубля и заявление о готовности помочь российским банкам и корпорациям в рефинансировании внешних долгов стали реакцией правительства на эти угрозы. Однако меры по поддержке курса рубля (уже к 19 сентября были израсходованы международные резервы на сумму 36 млрд долл.) приводили к уменьшению денежного предложения, обострению дефицита ликвидности в банковском секторе, заметному ухудшению условий кредитования реального сектора экономики. Кроме того, они в некотором смысле субсидировали дальнейший вывод капитала из страны.
Правительство и Центральный банк предпринимали шаги по увеличению количества платежных средств, предоставляя банковскому сектору дополнительную рублевую ликвидность. Однако эта политика имела успех лишь в августе, на конец которого денежная 8 масса М2 достигла максимального за весь год значения (на 9,5% больше, чем 1 января 2008 г.). В связи с укоренившимися ожиданиями постоянного внешнего обесценения рубля в российской экономике сформировался механизм автоматической стерилизации рублевой эмиссии: поступавшие в экономику рубли тут же обменивались на валюту. В результате к 1 января 2009 г. денежный агрегат М2 заметно уменьшился и лишь на 1,7% превышал уровень годовой давности. И это при том, что власти изо всех сил стремились противодействовать процессу «долларизации» повышением процентной ставки.
Новый мощный удар по российской экономике нанесло обвальное падение мировых цен на нефть, произошедшее в октябре–ноябре 2008 года. Ставшее следствием этого сокращение притока валюты в страну резко усилило давление на курс рубля в сторону понижения. Кроме того, экономика столкнулась с мощнейшим шоком со стороны спроса, поскольку нефтяные компании, адаптируясь к принципиально новым условиям, начали свертывать запланированные инвестиционные проекты. В ноябре промышленное производство упало на 8,7%, а в декабре – на 10,3% по сравнению с соответствующими месяцами 2007 г. Начали нарастать неплатежи: общая величина просроченной кредиторской задолженности составила в ноябре 1,048 трлн руб., превысив уровень октября – на 7,2%.
Правительство (в широком определении, включающем денежные власти) продолжило расходование валютных резервов для обеспечения «мягкой девальвации» рубля. В результате международные резервы уменьшились к 1 февраля 2009 г. до 387 млрд руб., то есть более чем на 200 млрд долл. по сравнению с максимальным уровнем в 597 млрд долл., достигнутым к 1 августа минувшего года. Сохранялась политика высоких процентов: ставка рефинансирования Центрального банка была поднята 1 декабря 2008 г. до 13%. Были разработаны и начали реализовываться точечные меры по поддержке реального сектора экономики, принимались решения, нацеленные на помощь социально уязвимым слоям населения.
Главным позитивным результатом антикризисной экономической политики правительства к концу января 2009 г. следует считать предотвращение массовых банкротств крупных российских корпораций и, в особенности, банков, поддержание экономики «на плаву», сохранение относительной социальной стабильности.
В то же время не удалось остановить отток капитала из страны: международная инвестиционная позиция России – разница между вывезенным из страны и ввезенным в страну капиталом в конце 2008 г. составляла (-36,2) млрд долл. против (-127) млрд долл. в конце 2007 г. Таким образом, ее абсолютная величина сократилась на 90 млрд. долл., причем падение произошло почти исключительно в осеннезимний период. Продолжается спад производства, сохраняются серьезные трудности в социальной сфере (по-прежнему падают реальные доходы населения, растет безработица).
Но особенно впечатляюще выглядит цена, которую правительство заплатило за сохранение относительной стабильности в денежно-финансовой сфере. Треть международных резервов, которые были использованы им в течение всего лишь полугода (200 млрд долл.) представляют собой при цене 40 долл. за баррель (или примерно 250 долл. за тонну) стоимость 800 млн т нефти, то есть такой величины, для добычи которой России требуется более полутора лет.
В конце января правительство начало переход к новой антикризисной политике. Было объявлено о завершении «коррекции курса рубля» и установлены границы бивалютного коридора, за которые Центральный банк не должен выпускать национальную валюту. Начался секвестр федерального бюджета, свидетельствующий о стремлении ужесточить финансово-бюджетную политику. В то же время предусматриваются новые вливания государственных средств в банковскую систему, судя по всему, в форме субординированных кредитов. Предполагается также, что в новых условиях процентная ставка постепенно начнет снижаться, что наряду с дополнительной ликвидностью облегчит доступ к кредитам предприятий реального сектора.
Такое сочетание мер экономической политики в условиях, в которых сегодня находится экономика России, представляется весьма странным. Фиксация валютного коридора чревата постоянными спекулятивными атаками на рубль и расходованием новых десятков миллиардов долларов из валютных резервов. В условиях переживаемого экономикой шока со стороны спроса не выглядит привлекательным коктейль, состоящий из относительно жесткой фискальной и относительно мягкой монетарной политик. Большие сомнения в том, что прекратит свое действие упоминавшийся механизм автоматической стерилизации рублевой эмиссии и произойдет самопроизвольное снижение процентной ставки. В то же время существует риск, что чрезмерное ограничение бюджетных расходов будет стимулировать распространение неплатежей и в конечном счете усугубление бюджетного дефицита (подобно нашему опыту 1997–1998 гг.).
Прежде чем формулировать основные контуры альтернативного подхода к антикризисной политике, следует признать, что заметное сокращение экспортных доходов и практическая невозможность рефинансирования внешних долгов частного сектора являются объективными ограничителями функционирования нашей экономики в обозримый период. Просто в нашем распоряжении будет меньше ресурсов, чем раньше. Однако похоже (об этом свидетельствуют оценки Института народнохозяйственного прогнозирования РАН), что в идеальном случае этих ресурсов достаточно, чтобы не скатиться в зону длительного производственного спада, а может быть, даже и для того, чтобы быстро вернуться в сектор роста.
Для того чтобы оптимальным образом использовать этот уменьшившийся потенциал, очень важно создать условия для переориентации части в прошлом экспортных товарных потоков на цели внутреннего производства и потребления. Иными словами, задача состоит в том, чтобы создать условия для замещения упавшего внешнего спроса спросом внутренним.
Здесь есть одна ловушка. Со всех сторон раздаются жалобы на отсутствие у предприятий оборотного капитала и невозможность получения кредитов для его формирования. Отсюда – естественное стремление властей оказывать финансовую поддержку конкретным предприятиям, в особенности системообразующим. Но ведь отсутствие оборотного капитала (равно как и готовности банков предоставлять кредиты под его формирование) в большинстве случаев следствие слабого спроса на продукцию соответствующих производств, а разовое предоставление денег в такой ситуации проблемы решить не может.
В стимулировании внутреннего спроса на отечественную продукцию главная роль принадлежит государству. Оно прежде всего должно выступить как источник конечного спроса, разрабатывая и финансируя крупные проекты, направленные на развитие инфраструктуры и технологическое обновление производства. В необходимых случаях для эффективной реализации проектов могут наряду с рублевыми средствами привлекаться валютные ресурсы, имеющиеся у государства. Эффективным может быть и увеличение закупок в государственные резервы.
Государство может также способствовать восстановлению инвестиционного спроса со стороны топливно-сырьевого сектора. Для этого ему следует по меньшей мере привести размер изымаемой ренты в соответствие с изменившимися условиями на рынке. При этом следует иметь в виду, что рента по природе своей является не налоговым, а факторным доходом государства. Поэтому если государство не снижает соответствующим образом налоги, с помощью которых изымает ренту, оно без каких-либо оснований увеличивает реальное налоговое бремя, налагаемое на данный сектор. С учетом того, что мультипликатор валового внутреннего продукта, связанный с инвестициями в нефтяную промышленность, является одним из самых высоких и составляет 1,5, по расчетам Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, такая политика является контрпродуктивной.
Наконец, в экономически обоснованных случаях увеличению спроса на отечественную продукцию могут содействовать меры защитительного характера. Прежде всего, как 30 мне представляется, на время кризиса следует ввести ограничения на движение капитала и возвратиться к практике стопроцентной продажи валютной выручки. Это устранит потребность в крупных интервенциях Центрального банка на валютном рынке и сбережет валютные резервы для более важных целей. Будет нанесен удар по механизмам, ведущим к долларизации экономики, и отпадет необходимость поддерживать высокую процентную ставку. Снижение последней будет способствовать инвестиционной активности и нормализации процесса предоставления кредитов. В этом контексте предстоит, наконец, внедрить эффективно действующий механизм рефинансирования коммерческих банков со стороны Центрального банка.
Политика, направленная на стимулирование спроса на отечественную продукцию, станет в полной мере эффективной, если ее проведение будет происходить в благоприятных финансовых условиях. Поддержку банкам и корпорациям в погашении внешних долгов следует осуществлять посредством прямого предоставления валютных кредитов или внесения государством дополнительных средств в их уставный капитал в валюте. Такой порядок снизит понижательное давление на курс рубля. Разумеется, решения о поддержке должны приниматься в каждом отдельном случае.
Предстоит опытным путем найти оптимальный уровень дефицита бюджета, который обеспечивал бы, с одной стороны, восстановление экономического роста, а с другой – не вел бы к финансовой дестабилизации. При этом должно быть ясно, что стремление снизить уровень инфляции любой ценой приведет к тяжелым последствиям. Финансирование дефицита бюджета может осуществляться за счет средств резервного фонда, госзаимствований, прямого предоставления кредитов Центрального банка правительству.
Поступила в редакцию в феврале 2009 г.


“Российская газета”
Федеральный выпуск №4880 от 2 апреля 2009 г
Академикам оставили науку
Кто теперь будет управлять имуществом РАН

С директором МШЭ МГУ, вице-президентом РАН А.Д. Некипеловым беседует корреспондент «Российской газеты» Юрий Медведев.
Сейчас в межрегиональном управлении Росимущества по Российской академии наук работает комиссия по ликвидации. С чем связана эта акция? Смогут ли теперь институты сдавать помещения в аренду? Об этом корреспондент “РГ” беседует с вице-президентом РАН, академиком Александром Некипеловым.
Российская газета: Как работала схема управления академическим имуществом, которая сейчас ликвидируется Александр Некипелов: Скажу сразу, что все имущество академии было и остается федеральной собственностью. Законодатель предоставил РАН право выполнять от имени Российской Федерации основные функции по владению, пользованию и распоряжению этим имуществом. Академия должна согласовывать с государственным органом, отвечающим за управление федеральным имуществом, сделки, связанные с его сдачей в аренду, внесением в качестве вклада в уставные фонды коммерческих обществ, использованием в инвестиционных контрактах и, конечно, продажу. Таким органом, статус которого в 1998 г. был согласован между Минимуществом России и РАН, и было до последнего времени специальное межрегиональное управление Росимущества. Именно оно сейчас и ликвидируется.
РГ: С чем связан такой шаг Некипелов: Причины называются разные. Например, указывается, что существование такой “трансфедеральной” структуры — ведь организации РАН расположены в 69 субъектах Федерации — плохо стыкуется с территориальным принципом организации Росимущества. Кроме того, признано нецелесообразным сохранять систему, объединявшую работу Росимущества и академии. Хотя, на наш взгляд, она была достаточно эффективна. Так, руководитель межрегионального управления — им многие годы был академик Л.И.Леонтьев — назначался Росимуществом по представлению президиума РАН. Он не получал зарплаты в межрегиональном управлении, не являлся госслужащим. Кроме того, сотрудники академического агентства по имуществу — подразделения президиума РАН — работали в межрегиональном управлении бок о бок со штатными сотрудниками Росимущества. Само управление располагалось в одном из зданий президиума РАН.
Хочу расставить точки над “i”. Мы в академии сожалеем, что Минэкономразвития России и подведомственное ему Росимущество не сумели оценить преимуществ совместной деятельности по управлению федеральным имуществом, находящимся у РАН. Но, если они считают, что лучше справятся в одиночку, это их право. Нас же беспокоит одно: любые реформы, проводимые в Росимуществе, не должны угрожать сохранности активов, переданных государством академии, а также правам РАН по владению ими, пользованию и распоряжению.
А здесь есть серьезные опасения. При передаче прав межрегионального управления на места можно потерять целостность управления крупным имущественным комплексом. Ведь академия практически не сможет эффективно взаимодействовать сразу с 69 организациями Росимущества. Тем более что они смутно представляют себе особенности правового положения академии. Так, в одном из регионов известие о предстоящей ликвидации межрегионального органа местное подразделение Росимущества интерпретировало как сигнал к изъятию имущества академических организаций и перераспределению его в соответствии с местными нуждами.
Дорого обходится нам и непродуманность принимаемых мер. Уже три месяца ни одна из организаций академии не получает платежи от арендаторов: забыли, что после ликвидации межрегионального управления кто-то должен утверждать сметы по расходованию арендных денег, а без этого казначейство не может переводить платежи академическим организациям. Большие проблемы возникали и с регистрацией академического имущества, участием в судебных спорах.
Эти опасения президент РАН Юрий Сергеевич Осипов изложил премьер-министру Владимиру Владимировичу Путину, который дал поручение срочно разобраться с этим вопросом.
РГ: Что же в итоге решено Некипелов: Состоялась встреча с руководством Минэкономразвития России. Замминистра А.Ю. Левицкая, подчеркнув, что идея даже временного сохранения межрегионального управления Росимущества для министерства неприемлема, предложила иной вариант. Функции этого управления возьмет на себя центральный аппарат Росимущества во главе с одним из заместителей председателя, а функции филиалов межрегионального управления в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске и Владивостоке — соответствующие территориальные структуры Росимущества. Мы не стали возражать, ведь при таком варианте у академии сохраняется право на контроль за имущественным комплексом. Однако дальнейшее развитие событий ничего, кроме недоумения, вызвать не может.
Прошло уже более двух недель, а обещанный протокол встречи в академию так и не прислан. Тем временем поручение председателя правительства было “закрыто” письмом, сообщающим (без раскрытия сути достигнутых договоренностей), что академия дала “добро” на ликвидацию межрегионального управления Росимущества. Наконец, в прямом противоречии с этими договоренностями началась передача функций межрегионального управления всем (а не четырем указанным выше) местным органам Росимущества.
РГ: Какова стоимость академического имущества? И смогут ли, как и прежде, институты сдавать помещения в аренду Некипелов: Балансовая стоимость основных фондов РАН составляла на 1 января 2008 г. немногим более 120 миллиардов рублей (без учета земельных участков, которые находятся у РАН на правах бессрочного пользования). Что касается аренды, то нормы закона, который предоставляет РАН такое право, пока никто не отменял. По закону арендные поступления — это дополнительное бюджетное финансирование и оно может расходоваться лишь на поддержание и развитие федерального имущества, находящегося в распоряжении академии. В прошлом году такие поступления по академии составили примерно 1,8 миллиарда рублей.


РИА Новости
1 апреля 2009
Необходимо задуматься о создании в мире G25
Владимир КВИНТ, заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им. М.В. Ломоносова

Мировому сообществу следует создать наднациональное рейтинговое агентство с одной лишь функцией — распознавания ранних сигналов наступающего кризиса, считает экономист, член Бреттон-Вудского комитета , заведующий кафедрой финансовой стратегии МШЭ МГУ профессор Владимир Квинт.
“Такое “сторожевое” агентство будет ответственно за предупреждение мирового бизнес сообщества”, — сказал Квинт в интервью РИА Новости.
По его словам, ни институты Бреттон-Вудской системы — Всемирный банк (ВБ), Международный валютный фонд (МВФ) и Всемирная торговая организация (ВТО), ни частные рейтинговые агентства не смогли спрогнозировать приближение глобального финансового кризиса.
“Появилась потребность в новых правилах и нормах поведения. Глобальному рыночному пространству необходимы глобальные рейтинговые агентства, мониторинг кризисов, а также монетарные и финансовые инструменты, используемые глобальными регуляторами”, — отметил Квинт.
Он поддерживает программу России по созданию новой архитектуры глобального экономического порядка, с которой она представлена на саммите G20.
“Глобальное рыночное пространство нуждается также в создании рейтингового агентства, специализирующегося в классификации и установлении рейтингов национальных рынков и наиболее влиятельных частных компаний”, — сказал экономист.
Он заметил, что МВФ и ООН используют термины “развивающиеся”, “формирующиеся” и “неразвитые” рынки в качестве синонимов, хотя все они представляют собой совершенно разные экономические феномены, рынки с различным уровнем экономической зрелости. Даже страны внутри каждой из этих категорий не являются однородными и требуют дополнительной классификации, сказал собеседник агентства.
В треугольнике частный бизнес — национальные правительства — многосторонние институты должно быть четкое разделение ответственности, отметил эксперт. Сегодня ни один из институтов не признает: “Это наша ошибка и надо искать пути прекращения кризиса”, добавил он.
“МВФ кредитует правительства, неэффективная деятельность которых часто приводит к экономическим бедствиям. Бюрократы попросту крадут существенную часть кредитов, а затем целые поколения граждан должны расплачиваться за их корысть. МВФ может объявить о наступлении финансового кризиса, но не взять на себя ответственность за отсутствие прогноза о его приближении”, — сказал Квинт.
Появление новых игроков в глобальной экономике в лице формирующихся рынков — Россия, Китай, Индия, Бразилия- ужало роль ежегодной встречи G8 в условиях нынешнего кризиса, вызвав изменение формата до G20, отметил эксперт, добавив, что в таких саммитах должны иметь право голоса и Египет, Пакистан, Нигерия, Казахстан и Украина.
“Необходимо задуматься о создании в мире G25, в которой “большая восьмерка” больше не будет доминировать. Глобальный формирующийся рынок может стать локомотивом развития мирового рыночного пространства”, — сказал Квинт.


«Аргументы и факты»
30 марта 2009
Как помогают не банкам, а людям: вместо триллионов — 500 долларов
Владимир КВИНТ, заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им. М.В. Ломоносова

Правительство опубликовало программу антикризисных мер, ожидающих Россию в ближайшие годы. Поможет ли она выбраться из глобально финансово ямы и если да, то с каким последствиями?
— Обнародованная антикризисная программа правительства РФ порадовала: в ней есть конкретные сроки, цифры, факты (в отличие от ее предшественницы — концепции «2020», которая больше похожа на заклинание, обязывающее всех жить до 100 лет). Но в программе есть большое и очень опасное, на мой взгляд, упущение — не предусмотрено микрофинансирование. Оно, кстати, имеет мало общего с поддержкой малого бизнеса (о котором в программе, увы, сказано всего два слова).

С учетом того, что антикризисная программа — это оперативный план жизни экономики России на ближайшие год, ясно, что она призвана решать «горящие» проблемы, среди которых избежание ситуации, когда значительная часть населения буквально обнищает. А чтобы оно не обнищало, ему нужно позволить купить швейные машинки, парикмахерское оборудование и т. д. Для этого и нужна система микрофинансирования.
Как она работает? На срок до 24 месяцев под 5-6% годовых без залога людям дают от 500 до 4 тыс. долл. в кредит. Что важно, деньги идут не через банки (где часть нередко приходится «отстегивать» при выдаче как откат), а через спецфонды. К примеру, в какую-нибудь деревню это микрофинансирование приходит по такой схеме: собираются старейшины, уважаемые люди микрорайона, и решают, кому первому необходим этот кредит. Когда его возвращают, такой же кредит дают следующему жителю этой деревни. Поэтому среди микрокредитов — 98% возврата. Это, как вы понимаете, очень много.
Особенно эффективно микрофинансирование, когда деньги выдаются женщинам. Мировой опыт показал, что они лучше мужчин умеют считать каждую копеечку. У меня есть знакомые, которые, получив 4 тыс. долл., купили 10 швейных машин, дали работу 10 другим женщинам, и теперь сшитое ими нижнее белье, охотно носят спортсмены. А другая женщина приобрела парикмахерские инструменты и уже через полгода вернула 500 долл., которые брала в займы.
Микрофинансирование сможет позволить семьям самим себя прокормить. И тогда в значительной степени решится вопрос замещения импорта. И главное, с государства будут сняты большие обязательства по социальному обеспечению россиян, в первую очередь, по выплатам по безработице.
Очень важно, что в России уже есть фонды по микрофинансированию. Так что этот вопрос не придется начинать с нуля. А угроза бедности отступит.
Ознакомиться с полным текстом антикризисной программы
Автор:
Виктория Никитина


Аргументы и Факты

№14 от 01 апреля 09
Почему мы не Китай?

«АиФ» открывает цикл статей, посвящённых антикризисным мерам не только в России, но и во всём мире. В этом номере для сравнения мы решили взять Китай
Как и Россия, эта страна большая, амбициозная и, главное, как и мы, почти полностью зависит от своего экспорта.
Какие ме-тоды борьбы с кризисом подходят нам? Об этом мы спросили у Александра Некипелова, вице-президента РАН, академика, и других ведущих экспертов.

— С августа 2008 г., когда дали о себе знать первые неблагоприятные последствия мирового финансового кризиса, российское правительство работает в чрезвычайном режиме. Предпринимаются многочисленные меры, направленные на нормализацию финансового, экономического и социального положения в стране, сейчас вот принята антикризисная программа. Однако ситуация продолжает ухудшаться. И здесь возникает вопрос: является ли это неизбежным следствием самого кризиса, который пока «не нащупал дна», или свидетельством недостаточной эффективности принимаемых решений? Чтобы ответить на него, полезно отвлечься на время от сиюминутных проблем и сконцентрировать внимание на формировании целостного, системного представления о происходящих процессах.
Валютные ограничения
После либерализации валютного рынка в 2005 г. движение капитала стало свободным. А значит, мы сделали себя уязвимыми. Во-первых, потому что не могли как следует контролировать спекулянтов, которые уводили деньги из России. А во-вторых, потому что потеряли возможность контролировать количество займов, которые делали отечественные компании за пределами нашей страны. И в результате, когда иностранные инвесторы стали выводить свои деньги из нашей экономики, чтобы закрыть «домашние финансовые дыры», это повлекло за собой давление на курс рубля и проблемы в банковской сфере. Как же выбираться из этой ситуации?
Что сделал Китай? Выделил помощь небольшим банкам, снизил ставку рефинансирования (по которой Центробанк даёт кредиты коммерческим банкам, что в результате является минимальной ставкой для дальнейшей выдачи этих кредитов заводам, населению и т. д.) до 6,6%. У нас же она поднялась до 13%, и кредиты стали слишком дорогими. В результате фермеры обанкрочиваются, а те, кто мечтал купить жильё хотя бы по ипотеке, отказываются от этой идеи. Поэтому ставку мы должны понизить. Но как?
Наши денежные власти пытаются использовать её как некий противовес стремлению российского бизнеса менять рубли на валюту. Как известно, без особого успеха. Значительная часть миллиардов рублей, выделенных на поддержку финансового сектора, была переведена в валюту и выведена из страны. Парадокс в том, что, несмотря на огромные денежные вливания, начиная с осени денежная масса в стране не увеличивается, а уменьшается. Это как с лошадью Мюнхгаузена: вы с одной стороны заливаете, а с другой стороны это всё исчезает.
Поэтому, с моей точки зрения, мы напрасно продолжаем отказываться от введения валютных ограничений. Почему? Поясню. Не очень принято говорить об издержках тех антикризисных мер, которые принимаются у нас. Потратили треть госрезерва всего за 6 месяцев и сообщили об этом просто, без эмоций. А за эти 210 млрд. долл. можно было купить 800 млн. тонн нефти! Это больше 1,5 лет её производства в нашей стране! Понимаете, более 1,5 лет мы выбросили в топку кризиса всего за полгода!
Значительная часть этой суммы ушла на регулирование курса, так называемую мягкую девальвацию рубля. Поэтому эта мягкая девальвация — не такое уж безобидное и бесплатное дело, как кажется. А ведь достаточно было вспомнить опыт 1998 г.: тогда глава ЦБ В. Геращенко ввёл стабильную финансовую валютную позицию для банков. Это означало, что банк мог покупать и продавать валюту, но в конце дня её количество на его счету должно было быть таким же, как и утром. Это сделало бы валютный курс стабильным, а значит, не было бы «бегства» капитала. Мы обожглись на этом «свободном движении капитала» так, как вообще никто не ожидал! Зачем же мы продолжаем делать это дальше? Очень полезным было бы и ограничение на вывоз капитала юрлицами. Причём все эти меры безболезненны для простого населения и полезны для страны: вкладывать деньги стали бы в свою, а не в чужую экономику. А вслед за этим можно было бы понизить и ставку рефинансирования, а значит, сделать кредиты доступными для населения и производства.
Китай, кстати, находится в значительно более серьёзной ситуации, чем Россия. Потому что мы зависим практически только от экспорта сырья, а он — от экспорта очень широкого круга товаров. Поэтому резкое сокращение спроса для него — это больший шок. Но они пытаются максимально залатать «дыру» во внешнем спросе за счёт роста внутреннего. То, что в их антикризисной программе прописано строительство жилья, дорог (хотя там уже проведены спецтрассы, позволяющие перевозить овощи из одного конца страны в другой всего за сутки), производит фантастическое впечатление. У нас правительство тоже не оставило без внимания реальный сектор. Но основной упор делает на поддержку системообразующих предприятий. Но такое «ручное управление», во-первых, по определению не может быть всеобъемлющим. А во-вторых, оно не может быть эффективным, если вы оказываете поддержку предприятию, которое находится в середине производственной цепочки. Вы ему дали деньги. Оно приобрело на них необходимые средства производства, произвело продукцию. А дальше выясняется, что спроса на неё нет. И либо вы должны её сами купить, либо признать, что зря отдали деньги.
Запуск внутреннего спроса
Глава Минфина А. Кудрин на днях заявил, что мы ждём вторую волну банковского кризиса. И связана она с тем, что мы дали деньги, которые (выходит, что к сожалению) за границу вывезли не в полном объёме и часть которых успели раздать предприятиям в виде кредитов. А теперь эти кредиты не вернутся назад, потому что спроса на продукцию этих предприятий нет. Вот такой парадокс: помощь оказываем, а проблемы не уходят. Какой выход? Запустить волну спроса по всей производственной цепочке. Организатором этого, конечно, должно стать государство. Оно может, например, инициировать строительство тех же дорог.
Падение внешнего спроса в 4-м квартале 2008 г. составило чуть меньше 40 млрд. долл. Могло ли государство компенсировать это падение? Да, если бы снизило изъятия средств из отраслей-экспортёров, сохранив последним возможность полной реализации их производственных и инвестиционных программ, а пробоину в бюджете финансировало бы за счёт имеющихся у него валютных средств. В идеале экономика бы просто «не заметила» упавшего внешнего спроса. Не было бы спада производства, не нарастали бы неплатежи, налоги бы поступали в бюджет, не было бы необходимости расходовать огромные деньги на пособия по безработице. Заметьте, израсходованных на коррекцию курса рубля 200 млрд. долл. хватило бы при прочих равных условиях до конца нынешнего года.
Может прозвучать несколько странно, но наши большие затраты на социальные цели связаны с тем, что не очень успешно удаётся сохранять рабочие места, обеспечивать функционирование экономики. А источником, в том числе и для пособий по безработице, в конечном счёте является производство. Поэтому долго этот разрыв сохраняться не может. Если у нас будет обваливаться производство такими же темпами, как в ноябре — феврале, то красивые слова о сохранении соцпособий не будут иметь большого смысла — просто ресурсов не хватит для их наполнения.
К примеру, В. Путин правильно назвал Сочи антикризисным проектом. Такие инвестиционные бренды сейчас нужны. Это поддержит экономическую жизнь.
Определяемся в отношениях
В Поднебесной в кризис введён жёсткий контроль за деятельностью тех, кого мы называем олигархами. А у нас?
Сложились достаточно своеобразные отношения между крупным бизнесом и чиновниками. И это выражается не только в первоочерёдности оказания им финансовой помощи, но и в том, что в хорошие времена им давали неофициальные задания — принести такую-то пользу для страны. У нас такая «традиция» с давних времён. В результате неформальные отношения перемешались с официальными, и уже сложно разобраться, из-за чего что произошло — из-за тебя, из-за власти или из-за того, что кто-то что-то делал! Это очень сложная и непростая проблема — ведь за олигархами стоят огромные куски экономики. И если кого-то из них и наказывают, то страдают от этого тысячи сотрудников их предприятий. Вот этот клубок тоже надо распутать.
Справка
Чем ещё отличилась Поднебесная. Китайские производители получили ряд преференций. Так, с 1 января 2009 г. был расширен список вариантов, с помощью которых предприятие может вернуть часть налоговых выплат. Это позволит бизнесу обновлять мощности и будет стимулировать внутренний спрос на продукцию. Льготную ставку по НДС для малого бизнеса снизили с 4-6% (для прочих предприятий — 17%) до 3%. В некоторых городах раздают или готовятся к раздаче талонов на товары (прежде всего на бытовую технику), которые можно приобрести в определённых супермаркетах. Деревенским жителям выдают пособие в размере 10-13% от стоимости товара (разумеется, собственного производства).


А.Д. Некипелов
31.03.2009
Кризис в России: логика развития и варианты экономической политики

С августа 2008 г., когда дали о себе знать первые неблагоприятные последствия мирового финансового кризиса, российское правительство работает в чрезвычайном режиме. Предпринимаются многочисленные меры, направленные на нормализацию финансового, экономического и социального положения в стране; сейчас вот принята антикризисная программа. Однако ситуация продолжает ухудшаться. И здесь возникает вопрос: является ли это неизбежным следствием самого кризиса, который пока «не нащупал дна», или свидетельством недостаточной эффективности принимаемых решений? Чтобы ответить на него, полезно отвлечься на время от сиюминутных проблем и сконцентрировать внимание на формировании целостного, системного представления о происходящих процессах.
Этап первый: бегство капитала
Общепризнанно, что спусковым крючком мирового кризиса стало обрушение финансовых рынков в США. Грандиозные просчеты в оценке рисков инвестиций в сложные финансовые инструменты (так называемые «деривативы»), уходящие корнями в американскую ипотеку, пробили зияющие бреши в балансах крупнейших финансовых структур запада. Для «затыкания» этих брешей они начали избавляться от части своих активов, прежде всего от акций компаний «стран с развивающимися рынками» (к ним относят и Китай и Россию).
Бегство капитала имело два прямых последствия для российской экономики: обвал котировок фондового рынка и значительное возрастание спроса на валюту, чреватое резким обесценением рубля. Ситуация резко осложнялась тем, что оба эти процесса сделали критическим положение с внешней задолженностью частного сектора. Дело в том, что акции российских компаний зачастую использовались в качестве залога при привлечении кредитов, а в случае их обесценения могли возникнуть требования компенсировать кредиторам потерю стоимости залога.
Центральный банк начал замедлять скорость падения курса рубля, выбрасывая на рынок валюту из резервов. Отсюда – плавная девальвация рубля. Но скупка рублей Центральным банком уменьшала их количество в обращении и обостряла кризис ликвидности в банках. Резко ужесточились условия кредитования реального сектора экономики. Более того, с учетом упомянутой проблемы внешнего долга банковская система оказалась под угрозой краха.
В банковский сектор начали закачиваться громадные денежные ресурсы. Это спасло банковскую систему. Но деньги не пошли в реальный сектор: укоренившиеся ожидания постоянного обесценения рубля выталкивали рубли на валютный рынок и далее – за границу. Вот почему несмотря на огромные денежные вливания денежная масса, начиная с осени, не увеличилась, а уменьшилась. Это можно назвать «эффектом лошади Мюнхгаузена»: сколько ни вбрасывай в российскую экономику рублей, их количество не возрастает.
Пытаясь противодействовать бегству из рубля в валюту, власти пошли на проведение политики высоких процентных ставок. Прямой цели эта мера достигла лишь в очень незначительной степени и с большой задержкой, но «зато» поставила почти что непреодолимый барьер на пути перетока средств в производственный сектор.
Этап второй: падение внешнего спроса
Тем временем финансовый кризис на Западе перешел в экономический. В результате резко упали цены на поставляемые на экспорт российские товары – черные и цветные металлы, нефть и др. Если в третьем квартале 2008 г. наш экспорт составлял около 137 млрд. долл., то в четвертом – лишь немногим более 98 млрд. долл. Наши экспортеры стали отказываться от ранее планировавшихся инвестиционных программ, сокращать заказы смежникам. Это быстро вызвало глубокий спад производства в стране.
Правительство не оставило без внимания реальный сектор. Но оно, не отрицая важности принятия мер по стимулированию совокупного спроса (об этом говорится и в антикризисной программе), основной упор делает на точечную поддержку системообразующих предприятий. Но такое «ручное управление» далеко не всегда оказывается эффективным. Представьте, что вы даете деньги очень важному предприятию, находящемуся в серединке воспроизводственной цепи. Оно приобретает на них необходимые средства производства, производит продукцию. А дальше выясняется, что спроса на нее нет. Вот и глава Минфина А.Л.Кудрин на днях заявил, что нас ждет вторая волна банковского кризиса. Почему? Оказывается, банки все же не все деньги вывезли за границу (выходит, что — к сожалению), а часть их предоставили предприятиям в виде кредитов. А теперь им эти кредиты не вернут назад, потому что спроса на продукцию этих предприятий нет.
Цена антикризисных мер
Не очень принято говорить об издержках тех антикризисных мер, которые принимаются у нас. А ведь мы всего за шесть месяцев потратили треть валютных резервов. Значительная часть этой суммы ушла на регулирование курса, так называемую мягкую девальвацию рубля, а значит, в обмен на нее государство никаких активов не получило. Сегодня эти 210 млрд. долл. представляют собой стоимость примерно 800 млн. тонн нефти. Чтобы добыть такое ее количество нашей стране требуется более 1,5 лет. Вот те ресурсы, которые мы выбросили в топку кризиса всего за полгода!
Но, может быть, других возможностей борьбы с кризисом нет, либо они еще дороже?
Валютные ограничения
По непонятным для меня причинам правительство категорически отказывается даже от обсуждения вопроса о введении ограничений по движению капитала в страну и из страны. Между тем, очевидно, что ограничения на вывоз капитала, возврат к практике стопроцентной продажи валютной выручки экспортерами, фиксация размеров открытой валютной позиции для банков, как это сделал в 1998г. тогдашний глава ЦБ В.В.Геращенко, давно уже стабилизировали бы ситуацию в денежно-кредитной сфере, причем с минимальным расходованием валютных резервов. В этом случае не было бы необходимости и в проведении политики высоких процентных ставок. Никак не коснулись бы эти меры населения, которое сохранило бы возможность свободной купли-продажи валюты. Не были бы затронуты интересы иностранных компаний, осуществляющих прямые инвестиции в России. Пострадали бы главным образом лишь участники спекулятивных операций с капиталом.
Стимулирование внутреннего спроса
Исключать возможность принятия точечных мер, конечно, нельзя, но ставку следует делать на запуск волн спроса по всей воспроизводственной цепочке. Их организатором должно стать, конечно, государство.
Давайте рассуждать так. Падение внешнего спроса в четвертом квартале прошлого года составило – это видно из приведенных выше данных о снижении экспорта — чуть меньше сорока миллиардов долларов. Могло ли государство компенсировать это падение? Да могло, если бы снизило изъятия средств из отраслей-экспортеров, сохранив последним возможность полной реализации их производственных и инвестиционных программ, а пробоину в бюджете финансировало бы за счет имеющихся у него валютных средств. В идеале экономика бы просто «не заметила» упавшего внешнего спроса. Не было бы спада производства, не нарастали бы неплатежи, налоги бы поступали в бюджет, не было бы необходимости расходовать огромные деньги на пособия по безработице. Заметьте, израсходованных на коррекцию курса рубля двух сотен миллиардов долларов хватило бы, при прочих равных условиях, на 5 кварталов, то есть до конца нынешнего года.
Конечно, это лишь общая схема. Верно, что буквальная ее реализация способствовала бы закреплению сложившейся структуры экономики. Но это – полезная схема, потому что она показывает, как следует действовать, чтобы не вызвать крупных сбоев в воспроизводственном процессе. Она вполне допускает внесение коррективов, нацеленных на интенсификацию инновационного процесса в экономике – задачу, которую правительство сегодня справедливо считает приоритетной.

copyright MSE MSU


Газета “Россия”
№9 (12.03.2009)
Лучшая стратегия – предсказуемость и открытость
В.Л. Квинт – иностранный член РАН, доктор экономических наук, профессор и почетный доктор ряда университетов мира, автор более 20 книг, зав. кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ.

Сегодня для иностранных инвесторов экономическая свобода важнее демократии. У России есть шанс получить все карты мира, если она сумеет превратить политический фактор своей мощи в позитивный фактор экономического развития. Об этом рассказывает в эксклюзивном интервью «России» известный американский профессор и экономист Владимир Квинт
Сегодня для иностранных инвесторов экономическая свобода важнее демократии. У России есть шанс получить все карты мира, если она сумеет превратить политический фактор своей мощи в позитивный фактор экономического развития. Об этом рассказывает в эксклюзивном интервью «России» известный американский профессор и экономист Владимир Квинт.
– Владимир Львович, вы приехали в Россию со своей новой книгой «Глобальный формирующийся рынок: стратегическое управление и экономика». Какие страны входят в него?

– Это страны, которые стремятся построить рыночно ориентированную экономику и правительства которых создают для этого все условия. Государство, где политическая власть хочет изолироваться от участия в мирохозяйственных связях, не может быть страной с формирующимся рынком.
Приведу лишь один пример. В 2001 году Госдепартамент США присвоил мне Фулбрайтовскую премию по экономике и предложил поработать советником правительства Албании. Это единственная страна в мире, где 43 года был официально провозглашен атеизм. Албания отгородилась от всех. И я увидел результаты такой самоизоляции. В красивейшем уголке Европы, где соединяются Адриатическое и Эгейское моря, по соседству с Грецией и Италией, царила поражающая отсталость. Но как только начались реформы, все изменилось. Я недавно вновь посетил Албанию – это уже совсем другое государство!
Что отличает страну с формирующимся рынком? Она отказывается от самоизоляции, диктатуры, командной экономики. Она непрерывно повышает степень экономической свободы, пытается интегрироваться в мировое экономическое пространство, холит и лелеет средний класс, потому что он придает стабильность. Международный бизнес циничен. Иностранных инвесторов мало интересует внутренняя демократия, зато их привлекают стабильность и высокий уровень экономической свободы.
И наконец очень важно, чтобы рос уровень жизни народа, а правительство поддерживало толерантность в обществе. Сегодня в мире почти нет стран, где не существовало бы языковых и религиозных меньшинств. Поэтому слово «толерантность» должно быть написано на знамени каждого государства. И тогда оно будет иметь все основания для того, чтобы называться страной с формирующимся рынком.
В начале 80-х годов XX века этого рынка не существовало. В мире было только 17 стран с развитыми экономиками: несколько в Западной Европе, США и Канада, Япония и Австралия, Новая Зеландия – и все. По моим подсчетам, 95% международных транзакций осуществлялось между ними. Остальные страны относились к развивающимся или слаборазвитым.
Но вскоре мир начал меняться. Рухнули военные диктатуры в Бразилии и Аргентине. Немного раньше, в конце 70-х – в Турции и Греции, потом распалась коммунистическая система, исчезли диктатуры в Индонезии, на Филиппинах. В результате возникла тенденция политической дезинтеграции – число стран стало увеличиваться, потому что все больше и больше народов хотели обрести политическую государственность.
Сначала страны с новыми рыночными отношениями создавали условия для того, чтобы привлечь иностранный капитал. Им нужны были не только деньги, но и современные системы управления, новые технологии. Ведь когда рушатся тоталитарные режимы, образуется огромная государственная собственность, которой люди, свергнувшие диктатуру, не умеют управлять.
– Почему вы считаете, что эти государства будут играть все более значительную роль на мировой финансовой арене?
– Потому что они сначала привлекали иностранные инвестиции, чтобы оживить свою экономику. Затем, окрепнув, начали инвестировать в развитые страны и успешно конкурировать с ними. И наконец по многим параметрам стали опережать их. 83 страны с формирующимися рынками сегодня производят около 50% мирового валового продукта. Этот новый рынок, более чем в два раза превышающий вклад США в мировой продукт, стал экономически интересным для 40% международных инвесторов.
Но глобальный формирующийся рынок неоднороден – есть государства, которые сохранили политическую диктатуру, зато имеют высокий уровень экономической свободы и стабильность. Не случайно лидер по привлечению инвестиций – Китай. Равно как и Бахрейн, который по уровню экономической свободы в мировом рейтинге на самом верху, хотя с политическими системами в этих странах можно поспорить.
Я думаю, что к концу года число государств с формирующимися рынками увеличится до 90 за счет развивающихся стран, которые еще не интегрировались в мировую экономику. Сегодня 46% всего мирового рынка – это развитые страны, приблизительно 48% – страны с возникающим рынком, остальное – развивающиеся и слаборазвитые страны.
– А наша страна?
– Россия, бесспорно, имеет все черты страны с формирующимся рынком. В ней есть определенный уровень экономической свободы. Конечно, чем больше концентрации бизнеса в немногих руках, чем ближе вы к природным ресурсам, тем ее меньше.
Но Россия в этом смысле неуникальна. США – самая капиталистическая страна в мире, тоже имеет случаи масштабного госрегулирования. Яркий пример – железные дороги, которые были полностью приватизированы. Перевозка грузов прибыльна, а перевозка людей – нет. Что сделал апологет капитализма Рональд Рейган? Он национализировал все железнодорожные пассажирские перевозки и передал их частному бизнесу, но только в управление. Второй пример – энергетика, регулируемая государством.
Я, например, не считаю правильным то, что в России приватизирована энергетика. Уверен, что это приведет к негативным социальным последствиям, росту цен на услуги данного сектора, к тому, что будут отключать целые города и поселки. Есть отрасли, которые страна должна приватизировать в последнюю очередь, и среди них – энергетика.
– Вы называете среди стран, которые в ближайшие 10–15 лет могут значительно повлиять на мировой рынок, Россию и Индию.
– Да. Посмотрите, что произошло. У Китая был политический гений – Дэн Сяопин, который понимал, что коммунистическая система не работает и что рынок может привести к цели быстрее, чем прежняя экономическая модель. Начиная с 1976 года, когда Дэн Сяопин пришел к власти, Китай остается единственной страной в мире, которая имеет долгосрочную, столетнюю экономическую стратегию. Кроме того, Китай за эти годы совершил колоссальную технологическую революцию. Индия, которая долго была впереди Китая, вдруг отстала. Почему? Потому что она взяла политическую систему демократического мира, а экономическую – Советского Союза. Но потом индусы спохватились. К власти пришли люди, ориентированные на мировую экономическую интеграцию и на развитие рыночных отношений, а главное – на открытость иностранным инвестициям. И с 1994 года Индия активно развивается. Она вот-вот перегонит Китай по численности населения, уровень образования у нее выше. Я думаю, у Индии будущее лучше, чем у Китая, потому что «свобода работает».
– А Россия? У нее нет долгосрочной стратегии и не похоже, что в ближайшее время появится.
– Да, у России точно нет стратегии. Концепция-2020 – это набор добрых пожеланий, без всякой связи с ресурсами. Это не стратегия, а введение в заблуждение лидеров страны.
Технологического прорыва пока тоже не намечается. Денежные ресурсы распределяются неправильно. Начался кризис – и Чубайс вдруг возвращает выделенные средства для Российской корпорации нанотехнологий в бюджет. Но это же смешно! Это, во-первых, популистский шаг, во-вторых, очень вредный. Кто сейчас не выиграет мировое соревнование в нанотехнологиях, тот бесконечно отстанет. Нет более важной индустрии, чем нанотехнологии, потому что они востребованы во всех сферах.
– Тем не менее вы считаете Россию потенциальным лидером.
– Россия может сыграть и положительную, и отрицательную роль. Если она, как сказал Путин в Давосе, откажется от протекционизма и по-прежнему будет интегрироваться в мировой рынок, то может сыграть великолепную роль на связи Востока и Запада, Севера и юга.
У России уникальное географическое положение – это ее главный природный ресурс, а не пресная вода, нефть и газ. Выбор ее пути повлияет на все евразийское пространство, а таким образом и на американскую стратегию.
Если Россия примет правильные политические решения и сохранит строгую пирамиду централизованной власти, если не будет разброда в руководстве, если оно станет увеличивать экономическую свободу, Россию ожидают хорошие перспективы. У нее есть все – и это все отнюдь не природные ресурсы. Это прежде всего высокообразованный народ, мотивированный работать.
Кроме того, если использовать как инструмент договоренности военную мощь России, то она может создать прекрасные экономические взаимоотношения с Америкой, Евросоюзом. Для этого ей нужно изменить имидж. Игры в существование внешнего врага создают репутацию опасного партнера. А Россия должна стремиться стать добропорядочным партнером. Иностранных инвесторов притягивает стабильность, а западные политические системы привлекает предсказуемость.
Если Россия начнет всеми силами бороться с общим врагом – терроризмом, если изменит отношение к иранской ядерной программе, она сможет легко получить все карты мира. Потому что если Иран завтра создаст ядерную бомбу, мир замрет в ожидании: нажмет или нет очередной аятолла пусковую кнопку ракеты, которая полетит в Израиль. Это может стать началом третьей мировой войны.
- Вы считаете, что эта угроза опаснее нынешнего мирового кризиса?
– Несравнимо опаснее, ведь Израиль немедленно ответит. Весь мусульманский мир всколыхнется, Америка нанесет ответный удар. Роль России не будет в этом случае определяющей. А вот сейчас в период борьбы с терроризмом она может занять твердую и ясную позицию. Политический фактор российской мощи может превратиться в позитивный фактор ее экономического развития.
Стратегически неперспективны гигантские поставки на экспорт нефти и газа. Во-первых, не вкладываются средства в геологоразведку. Во-вторых, все заигрывания с диктаторскими режимами ни к чему не приводят, кроме затраты средств. Единственный путь – это открытость, интеграция с демократическими режимами, немедленная переориентация политических и экономических связей на развитие научно-технического потенциала России. Он у нее все еще есть.
– С какими внутренними проблемами нам надо прежде всего справиться?
– Необходимо объединить людей. У России очень шаткий социальный баланс. Многие россияне сегодня не живут – они выживают.
Растущая инфляция – это первый сигнал давления на наиболее слабые и незащищенные слои общества. Индексаций социальных выплат, сказал Путин, будет в этом году не три, а четыре. Их, возможно, потребуется 24, если будут продолжать печатать такими темпами деньги.
Нужно активно развивать систему микрокредитования. В отличие от слабо контролируемого распределения бюджетных средств через коммерческие банки микрокредитование осуществляется через негосударственные институты, не ставящие целью извлечение прибыли, несравнимо менее коррумпированные. Я считаю, что малые кредиты в условиях России дадут наилучший результат для борьбы с бедностью и безработицей.
Проблема номер два – это гарантированное обеспечение продуктами питания. Магазины могут быть наполнены товарами, а людям их будет не на что купить. Я говорю не о нынешней весне, а о зиме будущего года. В 2010 году ситуация может быть более острой.
Я считаю, что в Америке кризис может закончиться в конце 2009 – начале 2010 года. А в России, думаю, крупная промышленность выйдет из кризиса в начале 2012 года, а мелкий бизнес начнет расти где-то в конце 2012 года. Но если не будут приниматься правильные меры, ситуация ухудшится.
– Какие меры вы считаете правильными?
– Прежде всего нужна экономическая стратегия. У России ее нет ни на время кризиса, ни на долгие годы.
Нужно изменить каналы доставления средств и финансовой поддержки населения. Действующие каналы ориентированы на коррупционное присвоение этих средств.
Нужно обязательно поддержать современные технологии, не забирать ни одного рубля, выделенного на их развитие.
Наконец, необходимо выделить огромные средства для образования, в том числе и в силу социальных причин. Во всех странах мира как только растет безработица, так сразу увеличивается число студентов в вузах. В России же студент, даже если он учится на бюджетном отделении, прожить на стипендию не может. А не может прожить – не получает знаний. Значит, нужна огромная поддержка технологически ориентированным отраслям знаний. Нужно привлечь лучших специалистов со всего мира, чтобы учить российских студентов основам рыночной экономики. Ведь самое страшное, когда учат тому, чего не знают сами. А это происходит сплошь и рядом.
Галина ПОЛОЖЕВЕЦ


Новое русское слово
16 февраля 2009
Время инвестировать
Владимир КВИНТ, заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им. М.В. Ломоносова

Девятого февраля состоялся симпозиум, организованный Экономическим и Социальным Советом ООН при поддержке постоянных дипмиссий Чили, Туркменистана и Албании, посвященный глобально формирующемуся рынку и его роли в мировой экономике. Поводом для встречи стал выход книги Владимира Квинта The Global Emerging Market: Strategic Management and Economics («Глобальный формирующийся рынок: стратегическое управление и экономика»). Эта работа была опубликована в конце января в издательстве Routledge.
Владимир Квинт – доктор экономических наук, профессор Высшей школы бизнеса Ласальского университета в Пенсильвании, завкафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ, автор как минимум 20 книг и более 350 статей, вышедших в таких изданиях, как «Гарвард Бизнес Ревью», «Форбс» и «Нью-Йорк таймс». Он первым ввел экономическое понятие «глобально формирующийся рынок», который начал складываться еще в 80-х годах. Сегодня формирующиеся рынки, к которым относятся Россия, Китай, Бразилия и еще 80 стран, производят 50% мирового валового продукта.
Книга The Global Emerging Market: Strategic Management and Economics появилась в нужный исторический момент. Как показало время, теория возникающих рынков нахо-дит все большее практическое применение. По утверждению критиков, Квинт подходит к проблеме с разных сторон, что позволяет получить наиболее полную и точную картину.
Развивающиеся страны, по мнению Владимира Квинта, по многим параметрам опережают развитые. Если сравнивать такие принципиально важные экономические показатели, как конвертируемость валюты, возрастающая капитализация, ресурсный потенциал, эффективность экономики и технологические инвестиции, то Китай, Индия, Россия, Южная Корея, Бразилия окажутся на верхних позициях рейтинга. Теперь многие из них не только партнеры традиционно лидирующих держав, но и их конкуренты. «Они будут и в дальнейшем играть все большую роль на мировой финансовой арене. И в следующие десять-пятнадцать лет мы с вами в этом убедимся», – заверяет Квинт. Среди стран, которые могут значительно повлиять на развитие событий на рынке, он назвал Россию и Индию.
Что же так долго не позволяет странам с развивающимся рынком обрести стабильность? Как отмечает В. Квинт, главный бич финансовой системы развивающихся государств – это коррумпированность экономики, которая и тянет их вниз. И не секрет, что одной из стран, где, как говорится, все продается и покупается, является Россия; по мнению профессора, там особенно «не хватает открытости и декларированности» экономической системы, и сегодняшний кризис лишь подтверждает это.
Значение формирующихся рынков возрастает, в то время как многие политические лидеры, руководители корпораций по-прежнему могут недооценивать их. Между тем выход из сложной финансовой ситуации, по мнению Квинта, страны должны искать сообща, сотрудничая с государствами развивающихся рынков. Тем более что они не так давно уже столкнулись с тяжелыми финансовыми проблемами во время так называемого азиатского кризиса, который начался в Таиланде, а затем «прокатился» по Европе, существенно задев ее восточную часть, и дошел до Латинской Америки. Тогда правительства были безучастны, сегодня они намного охотнее берутся за «грязную» работу по решению финансовых проблем. В этой ситуации международные организации, частный бизнес и государственные структуры готовы объединиться, чтобы совместно выход.
В. Квинт считает естественной реакцию правительств по вмешательству и поддержке своих экономик, поскольку рынок не может больше контролировать сам себя. Однако в этом случае важно для государства вовремя «сойти с рынка». И тут, очевидно, будет масса проблем. В истории уже немало примеров, когда приватизация после диктаторских режимов шла криминальным путем. Если правительство решит продавать акции на свободном рынке по конкурентным ценам, то каждый получит свою прибыль, и тогда процесс пройдет безболезненно. Однако в том случае, если правительство захочет сохранить свое присутствие, это может обернуться для развивающейся экономики еще большей катастрофой. По мнению профессора, власти созданы не для того, чтобы управлять бизнесом.
Особое внимание в новой книге Квинт уделяет национальным и корпоративным стратегиям рынка развивающихся стран, он убежден, что необходимо создать новый независимый институт по прогнозированию кризисных ситуаций в экономике, который бы существовал на средства бизнесов, а не на деньги правительств. Как оказалось, в мире нет объективных рейтинговых агентств, поэтому ни одна из существующих финансовых организаций не смогла предсказать падение рынка.
Что касается прогнозов относительно будущего России, то В. Квинт полагает, что с ее экономикой, ориентированной на сырьевой экспорт, страна оправится от нынешнего падения рынка не скоро. Многие инвесторы, в том числе зарубежные компании, которые вкладывали средства в российскую экономику, потеряли свои капиталы, после того как рынок обрушился. «Никаких островков стабильности в нынешнем кризисе нет. Развитые страны, оказавшиеся в стадии рецессии раньше других, первыми и начнут выходить из нее. Я думаю, что в США экономика пойдет вверх уже к концу нынешнего года. В России процесс затянется до 2011-го», – сказал профессор. По его мнению, РФ упустила шанс структурного обновления в 2006-2008 годах, отдав приоритет сырьевым отраслям, формирующим около 80% экспорта, в то время как нужно было вкладывать средства в образование и науку. Теперь же до 2020 года радикальных структурных изменений в экономике России не произойдет.
На один из последних вопросов корреспондента «НРСлова» о том, куда лучше вкладывать деньги, Владимир Квинт заметил: «Сейчас, когда акции компаний значительно упали в цене, самое время инвестировать, однако нужно знать – куда именно, какая область в будущем может принести стабильный доход».
Виктория БЕЛОВА


РИА Новости
09 февраля 2009
Россия выйдет из глобального кризиса только в 2011 году
Владимир КВИНТ, заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им. М.В. Ломоносова

Россия с ее экономикой, сориентированной на сырьевой экспорт, оправится от нынешнего глобального кризиса в последних рядах, считает президент Международной академии формирующихся рынков, профессор Школы бизнеса Лассальского университета в Пенсильвании и завкафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ им.М.В.Ломоносова Владимир Квинт.
“Никаких островков стабильности в нынешнем кризисе нет. Развитые страны, оказавшиеся в стадии рецессии раньше других, первыми начнут выходить из нее. Я думаю, что в США экономика пойдет вверх уже к концу нынешнего года. В России процесс затянется до конца 2010 — начала 2011 года”, — сказал Квинт в интервью РИА Новости.
В понедельник его новая книга “Глобальный формирующийся рынок: стратегия управления и экономика” (The Global Emerging Market: Strategic Management and Economics), изданная в США в январе, станет темой симпозиума, организованного в ООН Экономическим и Социальным Советом (ЭКОСОС).
Квинт первым ввел экономический термин “Глобальный формирующийся рынок”, который начал складываться в 80-х годах, в том числе после распада СССР, сломав прежнюю градацию, распределяющую мир на развитые и развивающиеся страны. Формирующиеся рынки, к которым относятся Россия, Китай, Бразилия, Индия и еще 79 стран (согласно классификации Квинта), сегодня формируют около 50% мирового валового продукта.
“Формирующиеся рынки не однородны. Сырьевая экономика притупила стремление России перестроить ее на высокие технологии, и сегодня здесь хорошо развиваются только нанотехнологии. К сожалению, экономической стратегии у России нет. По большому счету, долгосрочная стратегия сегодня есть только в Китае. Я полагаю, что после 2030 года Китай по валовым показателям догонит Америку, при том, что США к этому времени сохранят статус супердержавы”, — отметил Квинт.
По его мнению, РФ упустила шанс структурного обновления в 2006-2008 годах на росте сырьевых цен, формирующих около 80% экспорта.
“В эти годы надо было в разы увеличить инвестирование в образование и науку, но этого не произошло, а значит, теперь до 2020 года радикальных структурных изменений в экономике страны не произойдет”, — считает Квинт.
По его мнению, “четверка БРИК” в перспективе до 2030 года может расшириться как минимум до “пятерки”, так как быстро развивающаяся Южная Корея сравняется по своей экономической мощи с Россией. Упрочат свои позиции в мире, наименее пострадав от кризиса, также Япония, Чехия, Венгрия — страны, ориентированные на инновационный прорыв при открытой экономике.
“Формирующиеся рынки смягчат глобальный кризис. Я полагаю, что благодаря им мировой ВВП в нынешнем году прирастет на 2,5-2,7% при нуле или минусовом показателе в США и странах ЕС. Как видите, это более оптимистичный показатель, чем ожидает МВФ”, — отметил Квинт.
Международный валютный фонд сократил свой прогноз мирового экономического роста в 2009 году до 0,5% с прежних ожидаемых 2,2%.
Новые игроки требуют изменения мирового порядка
Формирующиеся экономики требуют изменения старого мирового порядка, сложившегося к концу Второй мировой войны, когда были заложены ООН, Всемирный банк, (Международный валютный фонд, а доллар получил статус международной резервной валюты.
“До начала 80-х годов экономическая карта мира выглядела так: на 17 развитых стран приходилось 97% международных транзакций, 3% — на весь остальной мир. Ситуация резко изменилась за счет процессов демократизации в мире, политического распада государств, экономической интеграции и, наконец, глобализации. Возникающие рынки должны по праву получить иной статус в мире и справедливую долю в процентном голосовании в многонациональных институтах”, — сказал Квинт.
Фактически мир признал их статус, “голосуя капиталом” — 83 формирующиеся экономики в 2008 году привлекли около 40% иностранных инвестиций, которые оценивались на уровне 1,6 триллиона долларов.
“Однако ООН (в отличии от Всемирного банка и МВФ) мир до сих пор разделяет на развитые страны и развивающиеся. В результате держатель самых больших в мире золотовалютных резервов Китай получает самую большую помощь со стороны МВФ, что, на мой взгляд, неправильно. Ведь значит этих денег лишаются более бедные страны Африки и Юго-Восточной Азии”, — считает Квинт.
Конец романтического либерализма
Многие эксперты полагают, что нынешний кризис ознаменуют крах либерализма, качнув маятник настроений в мире влево, усилив роль государства в управлении экономикой и социальные механизма перераспределения доходов в пользу наиболее уязвимых слоев общества.
“Никакого левого поворота в мире нет. Есть естественная реакция правительств вмешаться и поддержать свои экономики. Мир жил под идеей романтического либерализма, полагая, что рынок должен все регулировать сам. В нынешний кризис, наконец, вмешались государства”, — считает Квинт.
В этом он видит главное отличие нынешней финансовой депрессии от предыдущей, когда крах, разразившийся в 1997 году на азиатских рынках, откликнулся дефолтом 1998 года в России и завершился в 2001 году в Латинской Америке обвалом бразильского реала и аргентинского песо.
“Как только кризис закончится, роль государства должна немедленно уменьшиться, а купленные акции, которые к тому времени поднимутся в цене, должны быть проданы на открытых аукционах, что приведет к новым поступлениям в бюджеты и росту эффективности”, — сказал Квинт.
По его мнению, правительства должны заниматься регулированием экономики, а не управлением, ибо как правило, менеджмент госструктур отличается наиболее низкой эффективностью. Он напомнил известную цитату президента США Рональда Рейгана, заметившего, что “правительство — это не решение проблемы, это проблема”.
У Россия, которая, как и остальные страны, сейчас разумно увеличивает свою долю в ранее приватизированных компаниях, будет соблазн оставить эту долю за собой, особенно с учетом негативного восприятия россиянами олигархической приватизации 90-х годов, допускает эксперт.
“Не стоит думать, что этот массовый выкуп обесцененных активов приведет в мире к возрождению госкапитализма. Этого не произойдет. Если только его по ошибке не построят в России”, — считает Квинт.
Премьер-министр РФ Владимир Путин на экономическом форуме в Давосе заявил, что выступает против излишнего протекционизма и чрезмерного вмешательства государства в экономику.
Беседу вела Лариса САЕНКО